Шрифт:
– Да, всё утро вплетала.
Помолчали.
– Ты меня уже не любишь?
Тяжелый вопрос, хотя ответ и простой. Любовь точно ушла, а симпатия никогда не пройдёт.
– Очень грубо было бы ставить под сомнения твои чувства ко мне… Можно я расскажу тебе свою историю?
– Можно… - девушку такой ответ насторожил, но она сама боялась услышать ответ. Думаю ей ещё и интересно послушать.
Ну что сказать, я изливал душу, пожалуй, первый раз в жизни настолько широко. Про всё рассказал, ничего не утаивал, вроде так требуют в церквях Единого Бога от верующих. Там бы я не стал, а с Матрёшей чувствовал родство в текущем моменте. Рассказал про рабство, встречу с Линой, ужасный опыт перед расставанием на год. О том, как попал к Старза, про непростые отношения с Агнес, о её необычном способе признания мне в любви верхом на её нелюбимом муже, о моих переживаниях и беспомощности, страхе расправы и шансе сбежать, которым воспользовался. Поведал про Мариуцу и поделился своими чувствами к девушке, они, конечно, есть, но такие противоречивые… все сомнения выложил, описал, что чувствую к Ангелине, и что имя у неё настоящее попроще, но не менее красивое.
Вывалил свои страхи. Очень беспокоюсь об Агнес, что-то внутри ворочается тяжелым грузом опасений, поделился впечатлениями от путешествия, о том, что прошли по краю. В любой момент могли погибнуть, самому было не так страшно, как потерять своих спутниц. Описал ужас от встречи с ночной гостьей, о контрасте восприятия красивой и очень необычной женщины и невероятной гнетущей аурой от неё.
– Главное, что я вынес за период моих странствий - не важно, чего хочешь лично ты, важно можешь ли ты это получить и защитить позже от посягательств других. Для меня, конечно, ещё важен путь получения желаемого, мне совсем не нравятся те, кто готов идти, переступая других. Но и без этого порой никак.
– Нужно быть Сильной, Матрёна. Тебе повезло, ты уже Сильная, осталось только развить свой Дар, чтобы с твоим мнением считались, тогда…
– Ты будешь считаться с моим мнением?
– Я?..
– Да. Может ты считаешь, что я просто не хочу замуж за тех, кто ко мне сватается, тогда ты меня не понял, а может не желаешь понять. Если я стану сильнее, будешь ли ты меня слушать?
Матрофина после моего рассказа стала сосредоточенной.
– Я просто не могу дать тебе того, что ты хочешь.
– Не можешь или не хочешь? Из твоего рассказа я поняла, что ты в итоге делаешь то что приходится, но получаешь, что хочешь.
– Это не так просто…
– Что же… - кажется, девушка не расстроилась моему ответу, - я бы хотела стать сильнее, только у меня не очень хорошо получается. Отец не знает, но я упражняюсь в Силе, только результат такой… он предпочитает подыскать мне мужа получше.
– А вот с этим мы можем попробовать что-то сделать. Кажется мне, это не так трудно.
Глава 15
Только возвращаясь на постоялый двор, проводив до этого Матрёшу до дома, я понял, насколько двусмысленно могла прозвучать идея кое-что сделать, чтобы раскрыть Дар подруги. Была бы Мариуца рядом, она бы расплылась в улыбке и спросила бы: “Уверен ли я, что хочу это сделать с Матрофиной?”. Да и Лина бы посмотрела с сомнением! А я ведь совсем не то имел ввиду, надеюсь сама Матрёна не восприняла это так, я хоть и делился своей жизнью откровенно, но не до таких деталей. Правда, додумать нужное исходя из общего проблем не должно составить.
Мне просто нужно поработать с Силой девушки, как всегда на ранних этапах моего взаимодействия с подопечными. Уверен, это поможет! С этими мыслями я и уснул. Правда, спал плохо, крутился и заснул только под утро, когда меня уже принялась расталкивать Лина.
– Вставай соня, жизнь проспишь!
– Что-то я устал в дороге, - сонливость никак не уходила.
– Гулять ты устал где-то ночью, бросив невесту одну. Или ты себе ещё одну присмотрел? Не много будет?
Пришлось с трудом разлеплять веки, чтобы посмотреть на укоряющее лицо девушки.
– Ты не серьёзно сейчас? Я вчера…
– Да шучу я, конечно. Уже говорила тебе, что понимаю, что ты делаешь, и одобряю. Матрёна хорошая девушка, сама её сейчас успокаивала, что ты во всём разберёшься.
– Тааак… что я проспал?
– Ничего особенного…
Проспал я целую массу событий. Хотел расспросить Лину, но та предложила поторопиться вниз и самому всё увидеть. Пришлось быстро освежиться, воспользовавшись умывальником в углу, одеться и спускаться.
– Что же у нас тут происходит?
– задал вопрос, ещё не успев спуститься полностью с лестницы.
– Доброе утро, Мирослав.
– … утро, Господин.
– Долго спишь, радость наша!
На последнем приветствии все дружно замолкли.
– Всем доброго утра! Вам, Ваше Сиятельство, особенно доброго!
Конечно, последней меня поприветствовала Мариуца, она, как всегда за последние две недели, лучилась энергией и неудержимым энтузиазмом. Это удивляло, поначалу, и заряжало самого, а теперь порой раздражает. Ну как можно быть такой довольной в любой ситуации? Это не честно!
Со мной, как господином, поздоровались дружинники, они присутствовали в полном составе и с полным вооружением, которое успели натаскать в общий зал. Панко возился с двумя трофейными пищалями, Вали обложился арбалетами, снарядив каждый к стрельбе, Марко контролировал главный вход, Алин заднюю дверь.