Первой со мной поздоровалась Матрофина Микуловна, выглядела она немного растерянно, но вчерашней грусти за девушкой не замечал.

– Здравствуй, Матрёна! Если ничего не путаю, вчера я довёл тебя до самых ворот, вроде как воровать тебя не собирался. Отчего же мы в осаде?

– Будете меня похищать, обещаю не кричать громко.

Такой настрой мне нравится, но не полностью. Он оставляет в мыслях подруги вероятность красивого, но с проблемным продолжением финала сказки.

– Договорились же разобраться с проблемой иначе.

И не надо на меня так смотреть, Мари. У тебя все мысли только об одном, хорошо вслух не произносишь.

– Я отцу так и сказала, но заявился Всемил, - Матрёна вздохнула, - и сразу давай права предъявлять, как-будто уже я его жена. А отец нет чтобы на место его поставить, начал на меня наседать, сказал сегодня я решу, с кем венчаться буду.

– Понятно. И ты сбежала сюда.

– Просто пришла, никто меня не запирал, слава Богам.

– В следующий раз могут, - вздохнула Лина, как-будто знала, о чём говорит.

– Мирослав… - немного жалостливо обратилась Матрёна.

Посмотрел на светловолосую красавицу, которая сейчас взбаламутила весь наш городок.

– И кто нас теперь осаждает? И где Воцех?

– Воцех на лавочке сидит перед дверьми, - отчитался Сержант, - удивительно успокоительно действует на людей. Кажется, он гранату достал из сумки. Перед воротами жених с местной милицией и много зевак.

– Два жениха, - уточнила Матрёша.

– А кто такие?

– Всемил Игоревич - сын нового воеводы, назначили нам из стольной. Никита тоже пришёл с друзьями, он первый сватался.

Представился дед Никита, пришедший вместе с женой к Микуле сватать Матрёну, дальше воображение работать отказалось, отогнал эту мысль.

– Который Никита?

– Никита Никитьевич, его отец теперь в твоём доме живёт. Они пришли к той же мысли, что двоим ремесленникам стоит держаться вместе. Что делать будем?

Вопрос был полон надежд, и я не собирался их разрушать. Не потому что я такой герой, как меня зовёт Мари, а потому что ничего со вчерашнего дня не изменилось. Раз кузнеца перед домом нет, значит никаких решений пока не было принято.

– А ещё там какие-то охотники, которые хотели стать на постой, но мы всё здесь заняли, потому они тоже недовольные толкуться снаружи.

А это вообще интересно. Охотники не дружинники, народ не воинственный, но ребята не робкого десятка. Всё же они обычные люди, потому перед высшим сословием должны держаться неуверенно.

– Марко, озвучь, что я выйду к людям через пол часа. Нужно позавтракать, потом с Матрёной сходим к отцу.

– Мы задержимся в Белом Береге?
– задала вопрос Мариуца.

Как всегда хорошо соображает сероокая.

– Как всегда, ты абсолютно права, Мари, - обменялись улыбками.

***

Статус решает многое, убеждаюсь уже не раз. Ничего за озвученные мною тридцать минут не произошло, разве что сам поел и Матрёну убедил позавтракать, потому что девушка прибыла к нам очень рано, а от предложенной Линой еды отнекивалась. Теперь же мы подкрепились и были готовы к переговорам, если можно назвать так то, что я планировал.

Когда вывел на крыльцо Матрёну, Воцех кивнул мне и встал, с нами ещё вышел Марко, а бойцы с дальним оружием остались у окон. Излишние меры предосторожности, как я посчитал, стрелять я запретил, но Сержан со щитом настоял быть рядом, мало ли стрелков в мире расплодилось. Люди на улице замолчали.

Навстречу нам выдвинулся молодой мужчина с не очень густой бородой, не заходящей далеко к щекам, и такими же указывающими на незначительный возраст усами. Борода как и волосы на голове были тёмно-каштановые, глаза карими, лицо приятным и волевым, говорящем о входящей в привычку манере руководить. Комплекцией обладал справной, а ростом значительным. Впечатляющий молодой человек.

– Если это Всемил, - обратился тихо к Матрёне, - то кандидат интересный!

Девушка в ответ посмотрела на меня так, что я понял - мастерство колкой и одновременно уместной шутки семейства Кешко мне пока, увы, неподвластно. Хорошо, шутки в стороны.

Сын воеводы с собой привёл четырёх служивых воев, сейчас он мне что-то важно рассказывал про то, что негоже удерживать чужаку девушку, его практически невесту. Моя история в народе, оказывается, обросла небылицами и превратилась в бес знает что. Если меня кто и узнал из присутствующих, то это явно не дошло до Всемила, а вот Никита Никитьевич точно знает правду от отца, потому не рвётся вперёд, видимо.

Ещё чуть в стороне держалась группа охотников в количестве пяти человек, но разговаривать они лезть вперёд местного начальства не стали. Сын воеводы, конечно, не начальство, но пойди потом это отцу объясни.