— Два километра, — раздалось в наушниках.

В поле зрения, пока ещё довольно далеко, появились маленькие, словно игрушечные бронеходы, которые быстро приближались к позициям, занятым людьми Хайда.

Вот первый бронеход оказался над минным кластером… Второй… Теперь вслед за ним и третий оказался над поверхностью, скрывающей мощные заряды…

— Пора, — подумал капитан и нажал одну из красных кнопок на пульте, который сжимал в руках.

Взметнув комья земли, из-под дёрна вырвались потоки плазмы. Мгновенно бронеходы, летевшие низко над поверхностью, исчезли в ревущем пламени.

— Похоже, на этом всё и закончится. — самодовольно подумал капитан Хайд, — вот что значит профессиональный подход к делу!

Действительно, мины, взрывы которых сейчас наблюдал Соммерсет, были экспериментальной разработкой. Они отличались крайне незначительным весом и объёмом, но при этом могущество их превышало могущество стандартных армейских боеприпасов в разы.

Так что уверенность капитана в том, что более ничего делать и не придётся, имела под собой довольно серьёзное основание.

Тем временем, комья земли, вознесённые в небеса силой взрывов, повинуясь планетарной гравитации, устремились обратно, к поверхности, пылающей в продолжающем неистовствовать пламени.

Свежий ветерок, непрерывно дующий над бесконечной степью начал уносить вдаль облака пыли и дыма.

И Капитан Хайд увидел, что атакованные бронеходы, к его большому сожалению, почти не пострадали. Ну, разве что антигравы у них всё-таки вышли из строя. И всё.

Он увидел, как начали рыскать из стороны в сторону стволы бортовых излучателей, выцеливая коварного врага.

— Всем огонь по готовности, — выкрикнул он в микрофон.

И тут же оба тяжёлых плазмомёта выплюнули свои раскалённые снаряды, которые понеслись по направлению к осевшим на грунт боевым машинам Антонова.

Соммерсет ещё раз неприятно удивился. Комья плазмы, которые только что изрыгнули плазменные орудия, не достигли композитных боков обездвиженных броневиков, а стекли в землю по едва заметной плёнке защитных полей.

— Вы там что, заснули? — заорал он, адресуя этот свой гневный вопль расчёту ракетной установки.

Ракетчики действительно слегка замешкались, так как дали залп одновременно с тем, как гневный крик сорвался с губ капитана.

Но, ракеты, устремившиеся к лежащим среди буйства высокотемпературного пламени броневикам, разделили судьбу немного опередивших их плазменных зарядов.

То есть они взорвались без всякого вреда для боевых машин, соприкоснувшись с их защитными полями.

— Да что за дьявольщина, — подумал обескураженный этими неудачами капитан, — тут не каждый тяжёлый шагоход бы выдержал…

Действительно, бронеходы, защищённые по армейским стандартам, должны были, если и не испариться полностью, то уж стать оплавленными комьями металла и керамики были просто обязаны.

Но факты, упрямая вещь. Вот эти неуязвимые бронеходы ведут огонь из-за стены бушующего вокруг них пламени. И даже попадают.

Один из сержантов сорванным голосом доложил, что пятеро из его подчинённых бестолково подставились под огонь противника и выбыли из сражения.

— Да хрен бы с ними, — мысли стали какими-то рваными, несвязными и бестолковыми, — это наёмники…

— Не спать! Огонь из всех стволов! — снова заорал капитан, уже не надеясь на то, что это чем то поможет.

Плазмомёты изрыгнули очередные плазменные шары — с тем же успехом.

А справа, там где были позиции ракетчиков, вспух огромный оранжевый шар, а через какое то мгновение опал, оставив после себя в воздухе черный дым.

А потом в стороны начали разлетаться детонирующие ракеты, прочерчивая в чёрно-фиолетовом дыму красивые огненные арки…

— Говоришь, около взвода? — пробормотал я про себя, просматривая оперативную съёмку, транслируемую Пронькой.

После чего обратился к мехводу:

— Передай всем, чтобы сидели под бронёй, как мыши под веником, и на улицу не совались, — после чего добавил, — если есть возможность, то открывайте огонь по готовности.

— Андрей, ну что там? — нервно поинтересовалась Алевтина, прижимаясь ко мне, видимо, в поисках защиты.

— Всё нормально, — обнадёжил я с непривычки запаниковавшую красавицу, — ситуация под контролем.

— Так таки и под контролем? — недоверчиво спросила она, пытливо заглядывая мне в лицо.