Его руки замерли.

— Ты действительно не знаешь?

Мое сердце учащенно забилось. Его вопрос был подобен выключателю света. Все, что я запихивала в темные уголки своего разума, теперь ярко светилось.

Конечно, я знала.

Все это время это была я.

— Что теперь? — спросила я.

— Все, что ты захочешь.

Я оттолкнулась от пола и встала над ним. Он сидел открытый и уязвимый. Чувства, которые он всегда скрывал, или я игнорировала, были полностью обнажены. Его карие глаза встретились с моими и были полны тоски. О надежде и любви.

Все, что я захочу.

Я хотела выяснить, было ли это по-настоящему, были ли мои чувства к нему чем-то большим, чем просто дружба. Я хотела, чтобы он поцеловал меня.

Я забралась к нему на колени, оседлав его, и запустила пальцы в его волосы. Он сделал короткий вдох прямо перед тем, как мои губы коснулись его. Я начала целовать его, нежно и безмятежно, но в тот момент, когда мой рот приоткрылся, а язык коснулся его языка, медленное исследование превратилось в неистовый поиск большего.

Его руки крепко обхватили мою спину, и он прижал меня к своему телу. Я еще глубже опустилась к нему на колени, отчего его эрекция прижалась к моей сердцевине. Это трение, это восхитительное трение воспламенило меня, как чирканье спички. Мои пальцы скользнули вниз по его спине, ухватившись за край его рубашки и потянув ее вверх.

Но прежде чем я смогла сорвать ее, он оторвал свои губы от моих.

— Лис, подожди, — задыхаясь, произнес он. — Ты уверена?

Один поцелуй, и я развалилась на части. Между нами что-то было. Что-то более сильное, чем я когда-либо чувствовала раньше.

Я прижалась своим лбом к его и кивнула.

— Я уверена.

— Я не хочу этого только из-за того, что произошло с Уэсом сегодня вечером.

Я откинулась назад, чтобы он мог видеть искренность на моем лице.

— Это не из-за того, что произошло. Ты сказал все, что я хочу, и я хочу этого. Может быть, я хотела этого гораздо дольше, чем позволяла себе признать.

Его руки поднялись, чтобы пригладить волосы, упавшие мне на лицо.

— Это изменит все.

— Все уже изменилось, — прошептала я. — И я не хочу возвращать.

Я наклонилась и схватила нижнюю часть своей рубашки, медленно подтягивая ее вверх, прежде чем стянуть ее через голову. Затем вернулась к краю его футболки, поднимая и снимая ее, пока она не упала на пол рядом с моей.

От вида Сайласа без рубашки у меня перехватило дыхание. Мои пальцы прошлись по линиям его груди и живота, погружаясь в ложбинки между мускулистыми вершинами.

— Ты сногсшибательна. — Он провел пальцами по моей ключице и вниз по плечу.

— Ты сам не так уж плох. — Я присвистнула, когда на его лице расплылась широкая улыбка.

Боже, эта улыбка.

— Поцелуй меня, — приказала я.

Его губы коснулись моих, затем оторвались, снова и снова, пока он не заявил, что каждая частичка их принадлежит ему. Наконец, он слил свой рот с моим и позволил своему языку завладеть остальным.

Он расстегнул мой лифчик и швырнул его на пол, прежде чем его точеные руки обвились вокруг моей спины, и он поднял меня с дивана. Когда мои ноги обвились вокруг его бедер, а руки — у него на плечах, он повел нас к своей импровизированной кровати на полу.

Он опустился на колени, осторожно уложив меня, и накрыл мое тело своим.

Грудь к груди, его сердце грохотало о мое, когда он занимался со мной любовью. Его ритм направил мою кровь в новое русло, которое текло в его направлении, в правильном направлении, с точным пульсом. Как часовщик, настраивающий часы на безупречный ритм.

Несколько часов спустя мы крепко прижимались друг к другу, пока шло время и наступал новый день.

— Ты в порядке? — спросил он. Я была прижата к его груди, пока его пальцы выводили узоры на моей обнаженной спине.

В порядке ли я? Сегодня вечером произошло так много событий, что во многом было трудно разобраться. Но даже при всех противоречивых эмоциях, бурлящих в моей голове, я не чувствовала себя потерянной или безнадежной. Завтра я столкнусь с последствиями своих действий. Как и Уэс. Но сегодня ночью я была в безопасности здесь, с Сайласом.

— Да. Я в порядке.

— Это моя Лис.

Я улыбнулась, уткнувшись в его обнаженную грудь. У него было больше веры в меня, чем у меня самой в себе. Я повернула голову, чтобы поцеловать его в сердце, затем снова прижалась щекой и погрузилась в сон.