Снова вошла Карла. Она принесла поднос с бутылкой шампанского, фужером и несколькими конфетами.

— Приятного просмотра! — с этими словами она удалилась.

Только заметив в одной из соседних лож руку с зажженной сигаретой, Элена убедилась, что она тут не одна. Глаза хоть и привыкли к темноте, но по-прежнему мало что различали. Вдруг прожектор выхватил из мрака середину арены. Там стояла большая восьмиугольная клетка. В круг света вошел человек — это был Димас в той же маске мексиканского рестлера, которая была на нем в день убийства Айши.

— Добро пожаловать, — сказал он на литературном испанском, с легким эстремадурским или андалусийским акцентом. — Свои ставки вы уже сделали. Некоторые из присутствующих бывали здесь не раз, другие — новички. Надеюсь, мы оправдаем ваши ожидания и скоро увидим вас здесь снова. Как обычно, приносим извинения за неудобства во время путешествия: сами знаете, все это делается ради вашей безопасности. Начинаем бой двух самых беспощадных рестлеров «Пурпурной Сети». В зеленых шортах — Хонай из Санта-Круса, Тенерифе. В красных шортах — Каин из Мадрида. Бой, как всегда, закончится смертью одного из противников.

До Элены дошло не сразу. Каин, убийца библейского Авеля. Неужели Лукас выбрал такой псевдоним сознательно, с мыслью об отце? Знать это наверняка она не могла, но с содроганием почувствовала, что не ошибается. Похоже, после стольких лет разлуки она наконец увидит сына.

Ческа и Сарате оставили мотоцикл там, где утром стояла машина Элены. Еще не стемнело, но представить, как неприятно здесь поздним вечером, когда лужи не видны и обогнуть их невозможно, было легко. Уличное освещение отсутствовало, а редкие костры обозначали места, где можно было купить наркотики.

— Я думала, нас сюда не пропустят, — сказала Ческа, снимая шлем.

— Если бы сюда не пропускали, то кому бы продавали наркоту? Нас скорее отсюда не выпустят.

— Не скажу, что ты меня успокоил.

В такие трущобы они еще не забирались. Передвигаться по лабиринту закоулков было нелегко.

— Далеко еще?

Они знали, кого искать, — Пину, женщину, имя которой назвал Ярум, но не знали где. Спрашивать о ней на улицах было явно небезопасно.

— Пока просто пройдемся, осмотримся.

Мимо все время проезжали машины, некоторые останавливались и высаживали пассажиров. Это были нарковозы — автомобили, доставлявшие наркоманов из Мадрида, вроде того, что утром столкнулся с грузовиком. Примерно через полчаса водители возвращались за пассажирами и подбирали их в условленном месте. А те, купив дозу или две героина, выкуривали их на месте или оставляли одну про запас и отправлялись в город. Остаток дня они посвящали поиску денег, чтобы вскоре приехать сюда снова. Были здесь и хорошие автомобили с пассажирами, похожими на офисных сотрудников, из тех, кто, сидя на дозе, еще мог вести нормальную жизнь. Некоторым это удавалось долгие годы.

Другие, окончательно опустившиеся, селились в лачугах и брезентовых палатках. За ежедневную дозу они работали на дилеров: доставляли и сбывали товар, заманивали клиентов и обкрадывали товарищей по несчастью, пока те, находясь под кайфом, не могли себя защитить, поддерживали костры. В основном это были мужчины, но попадались и женщины. Ческа смотрела по сторонам: тут могла оказаться и Пина.

— Вам купить? — заметив ее пристальный взгляд, спросила женщина у костра.

— Попозже, мы пока погуляем, поглядим, что да как.

— Сюда приезжают покупать, глядеть езжайте в свой сраный район, где есть витрины, — огрызнулась наркоманка.

Сарате и Ческа двинулись дальше — иногда на них косились, но пропускали, не приставая.

— Я сейчас подумал, что Пина — это, наверное, та, в желтых штанах. Она вышла из одного из домишек, и я спросил, не видела ли она хозяйку оставленной машины, — вспомнил Сарате. — В ответ она послала меня в задницу.

— Мне кажется, у местных это принято: чуть что посылать в задницу, — кивнула Ческа. — Подойдем к этим домам?

Когда они приблизились к лачугам, один из сидевших у костра мужчин встал им навстречу.

— Опять ты здесь?

Это был Константин, румынский эмигрант, который перегонял мотоцикл Сарате на стоянку Гавии.

— Ты говорил, что я могу тебя найти, если ты мне понадобишься.

— Я тогда не знал, что тобой интересуются очень опасные люди.

— Мной?

— Человеком, который увез колымагу. Они хотели знать, кто ты такой.

— Ты сказал им, где мы оставили машину?

— Я никогда не говорю ничего лишнего.