Решив, что это отличная идея, во всяком случае, на первое время нас неплохо выручающая, засыпаю довольно быстро. А ночью ко мне приходит ОН.

Мне снится сон. Какой-то огромный зал. Отполированные до блеска полы, шум разговоров, приятная медленная музыка. Я в красивом, шитом золотом платье нежно зеленого, как молодая листва, цвета. На руках - длинные перчатки, в пальцах – веер, инкрустированный драгоценностями. Все говорит не просто о достатке, а о богатстве. Мне душно и я выхожу на балкон.

Как-то странно кружится голова. Я не ела сегодня? Сильно затянулась корсетом? Глубоко дышу, стараясь прогнать предобморочное состояние. Подхожу к перилам, хватаюсь за них пальцами, дышу. Совершенно не замечаю, как из дальнего угла этого же балкона ко мне выходит высокая мужская фигура вся в черном. Вздрагиваю и резко поворачиваюсь к подошедшему. Испуганно выдыхаю.

– Ох, вы меня испугали, - говорю, скромно опустив взгляд, но продолжая рассматривать незнакомца сквозь ресницы.

– Простите, милая леди, я не хотел этого. Мне на мгновение показалось, что вам нехорошо и вы можете упасть с балкона, только поэтому я позволил себе к вам подойти.

Незнакомец красив и невероятно притягателен. Его длинные светлые волосы треплет ветер, загорелая кожа кажется темной в свете луны, в отличие от сияющих волос. Я, которая стоит на балконе, восхищена внешностью мужчины, а я, которая смотрит сон, невольно сравниваю его с архангелами. Такой же высокий, сияющий и грозный, несмотря на кажущуюся расслабленность. А еще он очень похож на того, кто мне привиделся, когда я поднималась по лестнице, будучи Ольгой Петровной.

– Благодарю вас, но со мной все в порядке, - улыбаюсь совершенно не присущей мне улыбкой: красивой и обольстительной.

Мужчина рядом со мной хмурится, смотрит, словно увидел что-то непонятное, необъяснимое. Я облокачиваюсь о перила балкона, продолжая стоять к собеседнику лицом. Сначала не понимаю, зачем становлюсь в такую нелепую и крайне неудобную позу, но потом доходит: так красивее выглядит моя грудь в декольте! И от осознания данного факта, не знаю, мне смеяться или спрятаться от стыда. Девочка, в теле которой я сейчас нахожусь, весьма откровенно флиртует с блондином, используя методы прожженной куртизанки.

Наверное, мужчине подобное поведение не очень нравится, потому что он становится еще мрачнее и уже собирается уйти, когда кислород в моих легких резко заканчивается, в глазах начинает темнеть, и я совершенно неожиданно проваливаюсь в глубокий обморок.

Прихожу в себя от того, что чьи-то пальцы самым наглым образом грубо рвут ткань на моей груди. Дышать становится легче и одновременно с этим приятный ветер касается моей голой кожи. Ой! Я резко сажусь, испуганно прижимая остатки ткани к голой груди.

– Что вы? Как вы? Да как вы посмели?! Где мы? – осматриваюсь, понимая, что мы уже не в бальном зале, а вроде в саду.

Все тот же блондин отодвигается от меня, скрещивает руки на могучей груди и, приподняв насмешливо бровь, интересуется:

– Надо было дать вам задохнуться?

– Да! То есть нет. Так нельзя… Как мне теперь идти?

Растеряно придерживаю остатки корсета и разорванное декольте. Сколько же силищи у этого мужчины, если он голыми руками разорвал стальные пластины и прошитую вчетверо ткань?

– Вот!

Я дергаюсь, поднимая взгляд от испорченного платья. Блондин протягивает мне свой камзол.

– И как вы себе это представляете? Думаете, я меньше привлеку внимания, если буду не в разорванном платье, а в мужской одежде?

– Как хотите, - мужчина небрежно пожимает плечами и надевает камзол на себя, а я растеряно стою, не зная, что делать и как пробраться в свою комнату так, чтобы меня не застукали местные сплетницы, ведь тогда моей репутации конец и достойно выйти замуж будет очень затруднительно.

– И что же мне делать… - чуть не плачу.

Мой собеседник раздраженно выдыхает, его глаза становятся серебристыми и яркими, словно подсвеченными изнутри молнией, зрачки в них вытягиваются в одну тонкую вертикальную линию, а по лицу, то появляясь, то исчезая, рисуется чешуя, и будто мне этого недостаточно, в следующее мгновение у него за спиной вырастают огромные кожистые крылья. В одно движение он прижимает меня к себе и спрашивает, даже не глядя в мою сторону:

– Где ваша комната?