— То есть не было никаких прогулок на Мун-ровере? — вторично спросил замдиректора.

— Почему не было, были, — нехотя отвечал директор, — и Мунровер в натуральную величину сделали, и Армстронг свою знаменитую фразу про маленький шаг человека сказал там, где надо было, но кое-какие детали… как бы это поточнее выразиться… их мы дорабатывали потом в лабораторных условиях. В частности Аполлон-12 на Луну так и не добрался, если вы помните, там якобы случилось что-то с аппаратурой и трансляцию высадки отменили. Были только кинокадры, которые Конрад и Гордон привезли назад.

— А что еще дорабатывали в лабораториях? — спросил замдиректора, — если не секрет?

— Много чего, — поморщился директор, — всего и не упомнишь…

— Так все же что там с самой первой высадкой? — не унимался замдиректора, — Армстронг с Олдрином побывали там или нет?

— Побывали, — ответил в гробовой тишине директор, — но только гораздо позже и не в том месте, о котором все знают… не в Море Спокойствия. Именно поэтому нам крайне нежелательно, чтобы Советы высаживались в Море Спокойствия. В Морях Ясности и Дождей тоже не надо.

— Аполлон-17 и 15 там высаживались, — в той же гробовой тишине уточнил замдиректора.

Идеология превыше всего

В конце августа Романов собрал большое совещание в Кремле по вопросам идеологии. После кончины Суслова, главного специалиста по этой теме на протяжении сорока лет, отвечать за нее поставили товарища Соломенцева… он хоть и старый конь, который глубоко не пашет, но и борозды испортит.

— Товарищи, — начал совещание генсек, — новые времена бросают нам новые вызовы. То, что было актуально тридцать-сорок лет назад, сейчас нуждается в пересмотре и обновлении. Ни для ни кого не секрет, что Программа партии, принятая на 22 съезде, звучала свежо и ярко в шестидесятые годы, но основательно потускнела в дальнейшем. К восьмидесятому году, как вы и сами хорошо знаете, коммунизм мы не построили, увы… вместо этого, как шутили в народе, была проведена Московская олимпиада — дело, конечно, тоже важное и ответственное, но коммунизм она никак заменить не могла.

Романов обвел собравшихся строгим взглядом и продолжил.

— Я не хочу сказать, что Программа 61 года полностью устарела и должна быть выброшена на свалку истории. Нет, международная ее часть, например, очень точно спрогнозировала развитие мировой политической системы на двадцать с лишним лет. Однако глобальные цели и ориентиры нашего государства нуждаются в серьезном переосмыслении. Какие будут предложения, товарищи?

С предложениями было, мягко говоря, не очень, поэтому Романов продолжил сам.

— Возьмем нашего главного геополитического соперника, а именно Соединенные Штаты — какая у них там основная государственная идея?

— На американскую мечту намекаете, Григорий Васильевич? — спросил Соломенцев.

— Ну да, на нее, — согласился он.

— Тогда я могу огласить ее, раз вы так настаиваете, — Соломенцев поправил зачем-то блокнот, который лежал перед ним, черкнул в нем какую-то закорючку и продолжил, — впервые такой термин ввел писатель Джеймс Адамс в 1931 году, на пике Великой депрессии. Если коротко, то он написал, что это мечта о стране, где жизнь каждого человека будет лучше, богаче и полнее, чем сейчас. А еще там у каждого будет возможность получить то, что он заслуживает, этот каждый отдельный человек.

— Неплохо сформулировано, — произнес Романов, — согласитесь. Почти что, как и в нашей Программе 1961 года… с одним только исключением — в Америке эта идеология работает, а у нас нет, если говорить честно и напрямик…

— Так что же вы предлагаете, Григорий Васильевич, — спросил Алиев, — сделать копию с американской идеологии? С наших геополитических соперников?

— А почему не поучиться пусть даже и у врагов? — ответил Романов, — известная китайская поговорка гласит, что цвет кошки неважен, если она исправно ловит мышей… напрямую, конечно, американские догмы мы заимствовать не будем, но использовать их опыт вполне можно — Америка страна процветающая и растущая, поэтому нам важно понять, отчего именно она растет и почему процветает, верно?

На этот риторический вопрос совсем уже никто не ответил, все просто сидели и ждали, куда вывезут нестандартные построения генерального секретаря. И он не разочаровал собравшихся.

— Поскольку других предложений нет, позволю себе, — сказал Романов, — вынести на общее обсуждение такую идею… слово «коммунизм» хорошо бы убрать из программных документов или хотя бы не сильно упирать на него, это раз. А два заключается в такой максиме — «благополучие каждого заключается в развитии всего общества, а благополучие общества зависит от развития каждого индивидуума, чем богаче индивидуум, духовно и материально, тем благополучнее общество, в котором он живет» или как-то около этого…

Народ посидел некоторое время молча, пытаясь переварить мудрую мысль генсека, потом решился высказаться Кунаев.

— А не будет ли это похоже на лозунг Бухарина из двадцатых годов. Как уж он там выразился… «всем нужно сказать: обогащайтесь, накапливайте, развивайте своё хозяйство», это 1925 год, если я ничего не путаю.

— Правильно, Динмухаммед Ахмедович, — ответил Романов, — это действительно 1925 год, совещание в Кремле по вопросам развития Новой Экономической Политики. И говорил Бухарин не обо всех гражданах страны, а конкретно о крестьянах… которые, если уж быть точным, составляли на тот момент абсолютное большинство в обществе. Лично я ничего криминального в бухаринском высказывании не нахожу… а остальные товарищи что скажут?