Шрифт:
не-
обычайно худой. В отличие от других людей у него куда-то подевалась одна рука. В оставшейся руке деда Илька постоянно была палочка, которой он колупал во рту, делая вид, что выковыривает оставшееся после еды мясо. В селе посмеивались над этой дедовой придумкой, по- скольку мяса он не ел, как утверждали добрые люди «с морковкиного заговенья»: при наличии хаты собственного хозяйства у него не было, а баба Гарпына его поить-то поила, а закусывать не особо давала – нечем было закусывать. Так, лучок-чесночок. Какое уж там мясо.
–
Дед
Илько
не
бездомный.
У
него
хата
своя
в
Каменке
есть.
Просто к нам в Мартоношу он горилку пить ходит.
–
А в
Каменке горилки
нет?
–
Есть,
–
заулыбался
Гаврик.
–
Но
в
Каменке
нет
бабы
Гарпыны.
–
Ну
и
что?
–
не
понял
малой.
–
Ничего, – еще шире заулыбался Гаврик. – Потом поймешь,
когда
вырастешь.
Глебушка замолчал и стал мечтать о том, что, когда он вырастет, поймет все-все тайны. И что хранится в папкином портфельчике, и почему дед Илько ходит пить горилку до бабы Гарпыны, и почему эта проклятая Америка так не любит колхозных поросят, что они все дохнут и дохнут…
Дорожка вдоль реки привела мальчиков к хутору. На хуторе, с двух сторон балки, стояли в рядок несколько мазанок. Они были очень похожи друг на друга: чистенькие, с белыми побеленными стенами, с соломенными крышами и одинаковыми ивовыми тынами. Во дворах копошились куры и утки, а прямо по улице разгуливала пара огромных серых гусей. Увидев братьев, они воинственно за- шипели и захлопали крыльями.
–
А
вот
я
вам
сейчас!
–
пообещал
Гаврик
и
поднял
с
земли
сухую
хворостину.
Гуси
мужественно
и
с
достоинством
отступили.
–
За
хутором
точно
нет
Америки?
–
на
всякий
случай
уточнил
Глебушка.
–
Точно!
–
кивнул
брат.
–
Там
есть
новая
ГЭС.
–
А что
такое ГЭС?
–
Это
гидроэлектростанция.
Свет
нам
в
хату
дает.
И
в
клуб
тоже.
Кино любишь?
–
Люблю.
–
Вот
без
нее
не
было
бы
кина,
понял?
–
Чего
ж
тут
непонятного?
–
удивился
Глебушка.
ГЭС мало чем отличалась от обычной хаты. Просто она была чуть побольше и стояла на краю водяной ямы. В яму резко и с шу- мом падала вода. Шум воды почти перекрывал рокот чего-то очень громкого внутри хаты.
–
Там
чего?
Змей Горыныч?
–
Глебушка
кивнул на
здание
ГЭС.
–
Сам
ты
Змей
Горыныч,
–
убежденно
сказал
Гаврик.
–
Турбина
там
здоровенная.
Давай
поворачивать
к
дому.
Скоро
темнеть
начнет.
–
В клуб к своим девчатам пойдешь? – равнодушно спросил
Глебушка.
–
Не с тобой же сидеть, – ответил Гаврик и зачем-то, как на
вешалку, надел свой здоровенный картуз на голову Глеба. Картуз
был
теплый
и
по
краям
внутри
немного
липкий
от
пота.
Наверное,
именно такие картузы носят полковники, когда их фуражки сбивают
вражеские пули. Коляска быстро катилась к дому. Глебушка вос-
седал
в
ней
гордо
и
величаво.
Ему
казалось,
что
все
село
любуется
его
статью
и
удалью.
Сзади,
толкая
коляску,