«Одна из пассий Адриана».

При этих словах волоски на руках встали дыбом. А я ведь только что воображала, как целуюсь с ним. Адриан явно смущал меня, сбивал с толку, хотя я всегда гордилась тем, что никогда не теряла голову от парней.

«Забудь. Я не позволю ему свести себя с ума».

– Это Джени Мартин, – пояснила Софи. – Журналистка. Пишет статью об Адриане для университетской газеты. Джени, это моя мама.

Услышав, что я пишу о ее сыне, мадам Руссо немного оттаяла.

– Чудесно, – проговорила она. – Я Наталия Руссо.

– Приятно познакомиться, – отозвалась я.

Мадам Руссо крепко и бесстрастно пожала мне руку. Я отчего-то захотела отдернуть ладонь, но она удержала меня, заставляя подойти на шаг ближе.

– Надеюсь, в этой статье вы не выставите его в дурном свете? Впрочем, о чем это я, – рассмеялась мадам. – Кто может сказать про Адриана хоть одно плохое слово? Он наша гордость и отрада. – Она бросила взгляд на дочь и поджала губы. – Софи, ты, наверное, устала. Присядь.

– Все хорошо, мама…

– Садись.

Казалось, что Софи хочет возразить, однако лишь натянуто мне улыбнулась и снова опустилась на скамейку.

Мадам Руссо окинула взглядом висевшую у меня на шее камеру.

– И много фотографий Адриана вы сделали? – Она снова рассмеялась, запрокинув голову назад. Слишком громко, словно находилась на коктейльной вечеринке. – Он так быстро бегает, что все снимки наверняка получились размытыми.

– Да, возможно, – слабо улыбнулась я.

Оглянувшись через плечо, я заметила, что за мной наблюдают несколько подружек футболистов. Симпатичная брюнетка с миловидным лицом одарила меня сочувственным взглядом, едва сдерживая улыбку.

– Надеюсь, ваша статья принесет Адриану пользу, – продолжала тем временем мадам Руссо. – Агенты постоянно пытаются с ним поговорить, но он откладывает встречу до конца сезона. – Она натянуто улыбнулась. – Может быть, в ходе интервью вы сумеете убедить Адриана с ними пообщаться?

– Попробую, – ответила я.

Болельщики начали постепенно покидать стадион, и я пожалела, что не могу отправиться вслед за ними.

– Привет. – Из-за моей спины вышла брюнетка. – Я Бриджит.

– Джени Мартин.

– Я слышала. Берешь интервью у Адриана?

– Для газеты Сорбонны.

– Тогда мы сокурсники, – сказала Бриджит с искренней, дружелюбной улыбкой и указала на компанию из восьми друзей. Она казалась приятной девушкой и сразу мне понравилась.

– Идем с нами в «Ла Клоше», – предложила миловидная блондинка в яркой блузке, расшитой бисером. – Это клуб, где мы зависаем… почти все время.

– Кажется, я о нем слышала, – улыбнулась я.

– Так ты придешь?

– Э-э… да. Звучит здорово, – согласилась я.

– Можешь пойти с нами, – вытянув шею, Бриджит обратилась к Софи. – Само собой, и вы тоже, мадам Руссо.

– Нет, спасибо, – отказалась мать Адриана, сурово взглянув на дочь. – На самом деле нам с Софи пора возвращаться домой. Пойдем.

Полная надежды улыбка на лице Софи погасла, и она с усилием поднялась на ноги.

Мадам Руссо снова повернулась ко мне:

– Мне не терпится прочесть вашу статью. – Она окинула меня холодным взглядом синих глаз. – Женщина-журналист. Должно быть, трудно проявить себя в профессии, где доминируют мужчины.

Я могла бы объяснить ей, что почти в любой профессии мужской пол превосходит численностью женщин, но лишь улыбнулась в ответ на ее слова, с болью в сердце наблюдая, как она вытаскивает Софи с трибун.

– Передай Адриану, что он замечательно играл, – попросила Софи, проходя мимо меня.

Я кивнула, а затем нахмурилась.

«Разве они не увидятся, когда он вернется домой?»

Как только мать и сестра Адриана ушли, Бриджит и остальные ребята из их компании окружили меня.

– Ты американка?

– Из Нью-Йорка?

– Ты отлично говоришь по-французски.

За эту короткую дружескую беседу я узнала, что Бриджит встречалась с Робертом, вратарем «Пари Сентрал». Блондинка Люси оказалась девушкой полузащитника Томаса. Девять из восемнадцати игроков «Пари Сентрал» учились в Сорбонне и тусовались в одной компании. Девушки с длинными волосами носили расклешенные джинсы и пышные блузы, а длинноволосые парни щеголяли в рубашках на пуговицах, совсем как мои друзья, что остались дома. Сплоченное мини-племя друзей и подруг, которые вместе проводили время. И меня, кажется, только что приняли в их круг. Что ж, прощай, одиночество.