— Спокойной ночи, девочки, — сказал Декс. — Вам нужно ложиться спать, иначе Санта не придёт.

— Ты уверен, что он знает, что нужно прийти пораньше? — В голосе Луны звучало беспокойство.

— Полностью. — Когда Декс подошёл ко мне и потянулся к выключателю, я увидела, как обе девочки посмотрели друг на друга и пошевелили носами, прежде чем в комнате стало темно. Я тихо засмеялась, когда мы спускались по лестнице.

— Что смешного? — спросил он.

— Девочки. Думаю, они пытаются наложить ещё одно заклятие.

Мы спустились вниз, и он обнял меня.

— Чего они могут хотеть теперь, когда у них есть кот, у людоеда есть принцесса, а у меня есть ты?

— Не знаю, — сказала я, — но я точно видела, как кое-кто шевелил носом.

— Хм. — Он поцеловал меня в макушку. — Может, они просто загадывали рождественские желания.

— Точно. Санта придёт сегодня вечером. — Я понизила голос до шёпота. — Давай подождём час, прежде чем принесём их подарки из моего дома?

Его руки скользнули вниз по моей заднице.

— Мы можем провести этот час, целуясь на диване?

Я засмеялась, проводя руками по его груди. Я всегда желала быть рядом с ним.

— Безусловно.

* * *

На следующее утро я, как и обещала, пришла к Дексу во фланелевой пижаме. За ночь выпало около восьми дюймов снега, поэтому мне пришлось обуть ботинки, но я сняла их у двери и натянула пушистые носки с котиками, которые девочки подарили мне в прошлом году на Рождество.

Пока из колонок звучала праздничная музыка, а снежные хлопья продолжали падать, мы с Дексом пили кофе и наблюдали, как девочки сидят у ёлки и разрывают подарки от Санты, их папы, меня и даже от моих родителей. За последний год Хэлли и Луна стали им почти внучками — моя мама обожала, когда я приводила их в пекарню, а папа всегда был рад видеть нас, когда мы заезжали на ферму «Кловерли». На прошлой неделе он достал из сарая старые сани, запряжённые лошадьми, и взял нас всех прокатиться по снегу. Он сказал, что это напомнило ему о том, как мы с сёстрами росли с их бесконечными вопросами и восторженными воплями.

Мои родители и с Дексом тоже хорошо ладили. Маме нравилось, какой счастливой он меня делал, а отец уважал его военную карьеру, работу пожарного и его преданность дочерям как отца-одиночки. Мы все ходили на воскресные обеды к ним домой так часто, как могли.

Я тоже сблизилась с его сестрой. Бри и я сблизились из-за нашего совместного разочарования сварливым настроением и упрямым характером Декса, и ему часто приходилось мириться с поддразниваниями, исходящих от нас двоих одновременно. Если у Декса и Джастина был свободный субботний вечер, мы часто проводили вечер у них дома за игрой в карты. Бри была особенно благодарна мне за то, что я поддержала Декса, когда он решил навестить их отца несколько раз перед его смертью прошлой весной. Хотя он никогда не брал с собой девочек, он сказал, что нашёл покой в прощении и всегда будет благодарен за письмо. Я заметила, что впоследствии он больше говорил с девочками о своих маме и папе, описывая хорошие воспоминания из своего детства — это меня очень порадовало.

Милли иногда в шутку спрашивала, когда ей следует начинать планировать нашу свадьбу, но я отвечала, что мы никуда не спешим. Как бы сильно мы ни любили друг друга, это касалось не только нас, и мы хотели убедиться, что девочки готовы к этому шагу.

Но что касается меня, то Декс всегда будет для меня единственным мужчиной.

Когда все свёртки были развёрнуты, а бумага, ленты и банты устилали пол, Хэлли и Луна сидели среди всего этого и обменивались обеспокоенными взглядами.

— Но папочка, — сказала Хэлли, — чего-то не хватает.

— Не хватает? — Декс спокойно потягивал кофе.

— Да. То, что мы купили для Винни, — прошептала Луна, будто меня здесь не было.

Я улыбнулась им.

— Но вы мне многое подарили! Книгу, которую я хотела, новый свитер, игрушку для Пятачка, подарочную карту в салон красоты. Вы меня балуете!

— Но есть кое-что ещё, — настаивала она.

— Хм. — Декс нахмурился. — Знаешь, ты права. Есть ещё кое-что.

Хэлли вскочила на ноги. — Где он?

— Думаю, в её чулке.

— В моем чулке? — Я посмотрела на перила, где вчера висели три именных чулка: «Папочка», «Хэлли» и «Луна». Сегодня рядом с ними висел четвёртый, и на нём сверху было написано «Винни». — Бог мой!

Луна тоже подпрыгнула.

— Иди посмотри в нём!

Я взглянула на Декса — он ничего не сказал, но его глаза озорно блестели. Поставив чашку на стол, я подошла к чулку и сунула руку внутрь.

Мои пальцы обхватили маленькую коробочку.

Задыхаясь, я оглянулась на них троих. Хэлли и Луна подпрыгивали вверх и вниз.

— Там что-нибудь есть? — спросила Хэлли.

— Да. — Моё сердце бешено заколотилось, когда я вытащила её — она была завёрнута в блестящую серебристую бумагу с красной бархатной лентой, завязанной в бант.

— Что там у тебя? — небрежно спросил Декс.

— Ещё не знаю.

— От кого это?

Я снова посмотрела на неё. — Здесь нет записки. Это загадка.

— Ну, принеси её сюда. Посмотрим, сможем ли мы её разгадать.

Казалось, что вся комната накренилась и закружилась, когда я вернулась туда, где Декс сидел на диване, а две девочки в нервном возбуждении прижимались к друг другу у ёлки. Подойдя к нему, я протянул её. — Есть какие-нибудь идеи?

Он посмотрел на коробку, ставя свою кофейную чашку на стол рядом с моей.