Шрифт:
– Ай, ладно, твоя взяла! – признала поражение Вэй Инло. Цзисян и вправду привязалась так, что у нее не осталось выбора. Пришлось последовать за ней.
Нынче вечером стол был действительно богатым: томленая тыквенная каша разливалась по языку свежестью и сладостью, просто пальчики оближешь, кубики огурцов в соевом соусе были прохладными и аппетитными, мясо на пару с рисовой лапшой оказалось не слишком жирным. Вот только, к сожалению, на уме у Вэй Инло было только одеяние императрицы. Поклевав немного овощей, она наспех прикончила чашку с лапшой и, бросив палочки, сказала:
– Я наелась! Пойду дальше работать!
– Так быстро? – спросила Цзисян. Ее рот был полон еды, девочка с сожалением посмотрела на блюда, которые остались нетронутыми, и невнятно пробормотала:
– Какая растрата, эх… Эй, подожди, меня! Я сейчас доем!
Вэй Инло стремглав помчалась в мастерскую.
На ходу она еще раз обдумала утреннее происшествие. Эти слова были произнесены не случайно.
«А если оплошать, что будет?»
Если кто-то нарочно подставит Вэй Инло, что будет?
– На кухне так редко подают мясо в рисовом кляре, у меня там еще полтарелки осталось, эх… Скажи, куда ты так спешила? Вышивка твоя не улетит… – Все жалобы внезапно застряли у Цзисян в горле.
Вытаращив глаза, она потрясенно остановилась у входа в мастерскую, глядя через плечо Вэй Инло.
В мастерской царил полный беспорядок: пяльцы, ткани и даже почти готовое платье императрицы были разбросаны по полу. Вэй Инло подняла его. Кто-то изрезал его. Большие темные дыры зияли, словно насмешливые улыбки, и пожирали ее надежды на будущее.
– Вот черт! – выругалась Вэй Инло, а потом резко изменилась в лице и бросилась к коробке с нитями из павлиньих перьев.
Лампа была на месте, коробка тоже, но внутри нее была лишь темнеющая пустота.
Нити из павлиньих перьев пропали.
Глава 26
Замена
В мастерской быстро собрался народ.
– Небеса, нити из павлиньих перьев пропали! Поделом ей! Всегда везет, вот и пришла пора проиграть!
– Точно! Посмотрим, как ты выкрутишься! Если бы матушка Чжан доверила эту работу мне, я бы так не напортачила!
– Ах-ах, теперь же точно выкинут из дворца?
– Да что там, голову снимут!
Вэй Инло резко обернулась:
– На этом пути я не буду одинокой. На плаху пойдем все вместе!
Злорадства у служанок заметно поубавилось. Но тут вперед вышла Линлун и сказала то, что и так было у всех на уме:
– Что за чушь ты несешь? Сама потеряла нитки, мы-то тут при чем?
– Она права, – внезапно раздался строгий голос за ее спиной.
Линлун обернулась и увидела матушку Чжан.
– Платье императрицы – это подарок от всей мастерской, предполагается, что мы готовим его все. Если ее величество начнет выяснять, думаете, спрос только с Инло будет? Раз нашли время порадоваться чужой беде, лучше убедитесь, крепко ли ваши головы сидят на плечах и выдержат ли шеи меч палача.
Когда эти слова произнесла Вэй Инло, никто особо и не поверил. Но из уст матушки Чжан они звучали как приговор, сомневаться в котором никто уже не мог.
Одна из служанок начала плакать:
– Как же быть? Я не хочу умирать!
Девушка, рядом стоящая, быстро заткнула ей рот:
– Тише! Во дворце нельзя произносить это слово!
– А по-твоему, самое время думать о правилах?! – шикнула та в ответ.
Еще одна гневно закричала:
– Да кто же эта сволочь? Верни немедленно! Или решила с собой на тот свет их взять?
Все начали с подозрением оглядываться друг на друга. Каждой хотелось прямо сейчас найти гнусного вора.
– Матушка! Это все я виновата! – Цзисян внезапно бухнулась на колени. – Это я увела сестрицу Инло отсюда и дала вору шанс. Если хотите наказать кого-то, накажите меня!
Вэй Инло посмотрела на нее и обратилась к Чжан:
– Матушка, это я упустила павлиньи нити, мне и отвечать.
– Что ты собираешься делать?
– Сначала нужно закончить платье для императрицы. Для этого всем нужно объединиться, – ответила Вэй Инло. – А что до нитей из павлиньих перьев, то… Матушка, надеюсь, вы согласитесь выполнить одну мою просьбу. Пожалуйста, откройте кладовую!