— Не знаю такой, — немного подумав, протянула Раяна.

Я был уверен, что она вообще едва ли знает имена хотя бы двух придворных служанок, особенно учитывая, что при дворе она совсем недавно. Музыка сменилась на более плавную, и теперь мы медленно кружились по кругу, держась за руки.

— Обычно служанки живут или рядом с покоями своей госпожи или этажом ниже, — сказала Раяна. — Ты помнишь имя аристократки?

— Нет, хоть убей, но не вспомню.

Поиск несуществующей служанки так увлек Раяну, что она напрочь позабыла и про стыд, и про то, как не престижно со мной танцевать.

— Может это служанка императрицы? — спросила она.

— Нет, такое бы я точно запомнил.

— Хм, во дворце не так много знатных дам, — сказала она и начала перечислять: — Астелия Кройц, Морион Ворлиар, — она оглянулась на подруг и добавила: — Жозефина Староден, Наира Олгард…

— Нет, думаю это все не то, — перебил я ее. — Я помню, что служит она молодой аристократке, но той, которая при дворе уже давно. А твои компаньонки ведь прибыли недавно?

— Да, мы заменили прошлогодних фрейлин, но я останусь при императрице надолго, — с гордостью заявила она.

— Так что по поводу моей подруги? — вернул я ее к прошлой теме.

— Не знаю, Теодор. Боюсь, я не смогу тебе ничем помочь. Из молодых аристократок при дворе имеется лишь герцогиня Эйверил, но она, знаешь… — Раяна поморщилась, — она нелюдимая, и практически не покидает покоев. Живет затворницей на вершине женской башни, почти никого к себе не подпускает. Всегда с охраной. И еще — у нее нет служанки.

Вот я и нашел Линетт! Отлично. Но, так как резко завершать на этом разговор не стоило, я решил продолжить тему, дабы окончательно запутать след. Мы еще какое-то время обсуждали аристократок и в конце концов пришли к выводу, что нужная мне, скорее всего, была прошлогодней фрейлиной, а значит, могла уехать из дворца вместе со своей служанкой.

Мы кружились уже во втором танце, и когда музыка вновь сменилась на ритмичную, Раяна, резко опомнившись, отстранилась и, вновь покраснев, выпалила:

— Довольно, некро-мастер. Я больше не могу этого выносить, оставьте меня и прошу, не приближайтесь, — воскликнула она и тут же словно из-под земли рядом возник Амадей Кройц.

— Какие-то проблемы, шай-гария Паолис? — спросил он и перевел злобный взгляд на меня.

— О, нет, герцог, все в порядке, — смущенно потупила взгляд она.

— Ну надо же, теперь вы друзья? — нарочито удивился я.

Амадей нахмурился, а Раяна еще больше покраснела.

— Прекратите, — буркнула она под нос.

— Шай-гария Паолис мне не подруга, — нехорошо улыбнулся Кройц. — Она фрейлина моей сестры и ее личная проницательница. А еще она придворная дама, чью честь, как я увидел, вы желали запятнать. Немедленно представьтесь!

Надо же, о чести вспомнил. Я не смог сдержать ехидной улыбки.

— Некро-мастер Теодор Фел, мастер трех граней, — представился я, но не поклонился как положено.

Кройц сжал челюсть и сузил глаза. Запомнил меня сученыш. Не узнал, но запомнил. И от осознания того, что за такой короткий срок я слишком изменился, Амадей слегка растерял свой пыл, поддавшись любопытству.

— Заплатил жизненной силой за целительство? — наклонившись, шепотом язвительно поинтересовался он.

Я не стал отрицать, а просто промолчал. Незачем вызывать подозрения, да и конфликт мне сейчас ни к чему. Хотя и очень хотелось.

— Жаль, вас, нищих, — не унимался Кройц. — Тебя, конечно, не жаль, Фел. Чем короче твоя жизнь, тем лучше для этого мира, — он оскалился и взглянул на Паолис, которая теперь была бела как мел.

— Ты в порядке? — проигнорировал я Кройца.

— Я… я не…

— Вот видишь, до чего ты ее довел?! Думаешь, молодым дамам нравится танцевать с теми, от кого разит трупной гнилью?

Я молчал, его кривляния меня мало трогали. Однажды я обещал ему, что отправлю его в качестве нежити мести улицы столицы, а я привык выполнять все, что задумал. Возможно, это произойдет и нескоро, а может уже сегодня. Кто знает?

— И куда делась вся та смелость, труполюб? — не унимался Кройц. — Больше ты не такой дерзкий? Ну, конечно же. Ты теперь под присягой, теперь ты ничего мне не можешь сделать. Если я скажу снять штаны и бегать по залу, ты это сделаешь.

— Пожалуйста, ваша светлость, оставьте его, — заумоляла Паолис.

Кончено же, ее опасения и страхи мне были видны, как ясный день. Раяна впервые вышла в свет в качестве фрейлины, да еще и безродной. Скандалы и драки ей ни к чему.

— Я присягнул императору и его семье, — холодно сообщил я Амадею, — но выполняю приказы только Его Величества. Вас же, как члена императорской семьи, я обязан защищать. Разве вам угрожает смертельная опасность, герцог?

Кройц скривил гримасу презрения, затем смерил взглядом Паолис, довольно неприлично задержав взгляд на ее груди. А затем, резко подавшись вперед и приблизившись, произнес: