Надо же, какой длинный язык у Семенова. В экранированной комнате нас было только двое, и вряд ли бы глава рода позволил кому-то разместить в ней подслушивающие устройства. А значит, великому князю эту информацию выдал сам Дементий Петрович.

Не ожидал, что глава рода Семеновых рассказывает о своих покупках на черном рынке императорскому роду, но учту этот факт на будущее. Мне это ничем не грозит, особым доверием к Дементию Петровичу я не проникся и впредь уже не проникнусь.

— Если вы полагаете, что этот, как вы выразились, кризис, связан с уничтожением гримуара, написанного на древнекитайском, как сказал один из этих дворян, то вы ошибаетесь, Виктор Константинович, — спокойно ответил я.

Великий князь помолчал, не сводя с меня взгляда. Но мне было совершенно нечего бояться. И вины за мной не имелось.

— Иван Владимирович, вы видели текст, написанный в книге? — уточнил он после паузы. — Лично?

Я пожал плечами.

— Рассмотрел, что там были иероглифы. Но я не лингвист, чтобы их прочесть.

Хотя, возможно, это и упущение с моей стороны, но изучать еще и древние языки — это уже чересчур. Как и всякий здравомыслящий человек, я не верю в Великие Знания Древних. Что могут рассказать люди, которые искренне считали планету плоской?

Да, у правящего рода оказался некий артефакт, способный делать то, о чем я бы никогда не задумался. Однако это не значило, что таких изделий будет хотя бы два на всю планету. Чем глубже в прошлое уходит история, тем меньше в ней консолидированных ресурсов. И, соответственно, возможностей их применения.

— Откуда же вам знать, что это не связанные между собой события? — задал новый вопрос Виктор Константинович.

— Во-первых, ваше высочество, гримуар располагался в экранированной комнате. Любые чары, активированные в этом помещении, остались бы внутри, не просочившись наружу, — пояснил я. — Во-вторых, я достаточно компетентен, чтобы меня назначили преподавателем защиты от темных искусств, что само по себе дает мне право делать заявления о магии, которая называется темной. Если же вы мне не верите, вы можете подключить иных специалистов для расследования.

Вот только других специалистов моего уровня у великого князя не имелось. И мы оба это понимали.

— Вам я верю, Иван Владимирович, — произнес великий князь. — Однако мне не дает покоя то, что эти события произошли практически одновременно.

— Совпадение, не более, ваше высочество, — вновь пожал плечами я. — К тому же я уже провел расчеты и примерно могу представить, что произошло на самом деле.

— Вот как? Удивите же меня, — развел руками он.

— Тот самый артефакт, который был украден из вашего кабинета, ваше высочество, — легко ответил я. — Если вы помните, когда вы туда меня отвели, я сказал, что применены были три вида чар. Полагаю, что магия крови и смерти была использована, чтобы лишить Варвару Викторовну жизненной эссенции. И раз уж мы говорим о настолько сильных чарах, поднять мертвецов по сравнению с этим — не так уж сложно. Достаточно использовать артефакт на другом сильном чародее, чтобы высвободить его магию, а затем потратить ее на подъем трупов.

Великий князь помолчал некоторое время, задумчиво глядя в сторону.

— Этот артефакт мы называем держава, Иван Владимирович, — произнес он. — И в старые времена с его помощью наша династия осталась на престоле. Способность уничтожать душу или, как вы это называете, жизненную эссенцию — лишь одна из его возможностей. Но жертвовать сильным чародеем для того, чтобы поднять бессильных и не оказывающих сопротивления мертвецов? Разве это не глупо?

Я улыбнулся в ответ.

— Заставить правящий род бояться, заявить о себе и своих возможностях. А кроме того — доказать, что арест тысяч людей все равно не избавил Российскую Империю от внутренних врагов, которые жаждут смерти императорского рода — почему нет? Неспроста все мертвецы шли именно к Кремлю. Это было всего лишь послание.

— Он придет, — прошептал великий князь.

— Что?

— Варвара Константиновна работала в кремлевском морге сегодня. И это ей передал один из трупов, прежде чем враг лишился над телами контроля, — пояснил его высочество.

Я кивнул.

— Вот видите, ваше высочество, я оказался прав, — вздохнул я. — Сегодня, после того как упокоил три десятка шагающих мимо моего особняка мертвецов, я разработал систему стационарной защиты от магии смерти. Раз уж вы сами меня вызвали, и я оказался у вас на аудиенции, не хотите ли взглянуть на мое деловое предложение?

Двадцать пять миллионов за партию в десять обелисков — много это или мало?

Я счел достаточной суммой, чтобы изготовить первую партию. Затем я просто передам технологию правящему роду, и пусть уже они сами занимаются обелисками. В конце концов, если Виктор Константинович действительно станет следующим императором, начать с реально работающей защиты от восставших мертвецов — не такой уж плохой ход для его политической карьеры.

А самому возиться с этими обелисками — долго. В пересчете на стоимость часа моей работы куда выгоднее клепать защитные артефакты от стихийных школ. И быстрее, и проще, и денег больше.

— Одно плавное движение, Антонина Владиславовна, — произнес я, удерживая руку ученицы за запястье. — Аккуратно проводите резаком, не давите и не спешите. Спокойно, вот так, будто гладите.

Жданова стояла немного напряженная от близкого контакта со мной, но все же позволила мне направить ее руку так, как мне было нужно. На обелиске осталась неглубокая ровная черта.

Выделывать глубокие борозды не требовалось. Для запуска работы ритуала хватит и небольшой дорожки, по которой мы позднее нанесем ингредиенты.