— Нет, Михаил Михайлович, уберёг Господь, — ответил ему незнакомый голос.

— А мне, кажется, ногу сломали, — пробасил ещё один голос. — Что тут творится?

— Вещи его величества в другое крыло перетаскивают, — ответил ему Сперанский. — И не преувеличивайте, Николай Петрович, ваши ноги совсем не пострадали. В сторону ваших ног ничего не двигали. Вот на Николая Николаевича трюмо едва не уронили. А он из-под него вылезти бы не смог, только разве что прямиком на погост.

— Как интересно, — проговорил я, глядя на Макарова, кусающего губя, чтобы не заржать.

— Чрезвычайно интересно и, самое главное, познавательно. Я что-то запамятовал, ваше величество, в вашей спальне ещё остались вещи, способные прибить собой Николая Николаевича? — проговорил он, не глядя при этом на меня.

— Вы правы, Александр Семёнович, работать в таких условиях невозможно, — я покачал головой. — Давайте кратенько, как в посольствах, встретили приказ о расформировании Тайной экспедиции?

— Открыли шампанское, ваше величество. — Чопорно ответил Макаров, мгновенно включившись в работу и перестав обращать внимание на шум. — К ним присоединились гости, вот списки, — и он протянул листы, где были указаны посольства каких стран принимали каких гостей. Пробежавшись глазами по спискам, я отложил их в сторону. Ну что же, не только английское посольство мечтало избавиться от такого неудобного императора, как Павел Петрович. Почти все гости были из заговорщиков, чьи имена я уже почти наизусть выучил.

— Знаете, Александр Семёнович, есть во всём этом странная ирония, — проговорил я задумчиво. — Почти все страны этих посольств терпеть не могут друг друга. Более того, чуть только сосед покажет слабину, они вцепятся в него всей сворой. А здесь такая удивительная солидарность. Вам не кажется это странным?

— Нет, не кажется, — Макаров покачал головой. — Судя по тому, что становится мне известно, это закономерный процесс.

— Возможно, — я провёл пальцами по губам. — Про нашу драгоценную Ольгу Александровну что-нибудь известно?

— Плохих новостей нет, так что думаю, очень скоро она посетит родные пенаты. А может быть и не посетит, может быть, сразу же к другому очагу направится. Тут всё от вашего величества будет зависеть. — Ответил Макаров.

— Отлично, — я потёр переносицу. — Тогда давайте на сегодня прервёмся.

— Хорошо, ваше величество, — и Макаров принялся собирать бумаги. — Разрешите задать вопрос, ваше величество.

— Задавайте, Александр Семёнович, — я смотрел, как он складывает бумаги стопкой, по одной, собираясь с мыслями.

— Скажите, а вы действительно не можете обойтись именно без этого трюмо и именно этого секретера?

— Неожиданно, — проговорил я. — Даже не знаю, что вам ответить, Александр Семёнович. Скорее всего, действительно не могу без них обойтись. Привык к ним, просто душой прикипел.

— И конечно же, это всего лишь совпадение, что вы остались в этом кабинете и пригласили именно на этот день и час господ Новикова и Архарова на аудиенцию?

— Разумеется, это всего лишь совпадение. Я так же, как и вы, в шоке оттого, что переезд проходит так шумно. Да ещё и с риском для жизни господина Новикова, — ответил я, закатывая к потолку глаза.

— Спасибо, что ответили, ваше величество, — Макаров собрал, наконец, все бумаги и направился к выходу.

Я посмотрел ему вслед. Моим советом соорудить папку он не воспользовался. Придётся самому её делать и подарить ему и Сперанскому.

Вообще, на примере этой несчастной папки я проверил теорию о том, что стоит лишь посоветовать нечто важное и облегчающее жизнь, как все ломанутся воплощать в жизнь Идею. А вот ни хрена подобного. Пока не сделаешь работающий образец, или не заставишь кого-то его сделать, ничего никуда не внедрится. Причём именно что заставишь сделать, пинками и угрозами.

Но и это ещё не всё. Мне нужно будет не просто эти чёртовы папки подарить, а заставить их являться исключительно с ними на доклад, например. И только тогда, пройдя все положенные стадии, они поймут, что это удобно, и начнут своим примером ненавязчиво рекламировать новинку.

После этого можно будет задуматься о массовом производстве и всем прочим двигателям прогресса. Указывая в рекламе конкретного пользователя. Ну что же, вот тебе, Саша, уникальная возможность обкатать технологию внедрения чего-то в повседневную жизнь обывателей. Потому что папки очень нужны. Без них в делопроизводстве не будет порядка. А для меня сейчас на первом месте всё-таки стоит делопроизводство, создание Министерств и таких структур, как Служба Государственной Безопасности и полиция.

Армия и флот стоят отдельными пунктами, и я пока жду полного отчёта от Кутузова. Потому что, прежде чем что-то начинать менять, надо знать, как всё работает здесь и сейчас. А ещё мне нужен Ушаков. Но он сейчас где-то в Крыму. За ним послали гонца, вот только никто не знает, когда адмирал приедет в Петербург. Если он сейчас в море, то ожидание может затянуться.

Грохот за дверью заметно снизился. Похоже, уже перетаскали всё, на что я утром указал пальцем. Теперь можно было и поговорить с ожидающими аудиенцию господами. Сперанский словно мысли мои прочитал из-за двери, потому что вошёл в кабинет и поинтересовался: звать кого-нибудь, или пускай ещё посидят.