Не дав никому сказать больше ни слова, я направился к своему кабинету. Сперанский вскочил со своего места, приветствуя меня. Вместе с ним подорвался Илья. Я практически сразу попросил Сперанского натаскать Скворцова, потому что держать самого Михаила Михайловича всегда в секретарях — это было, мягко говоря, расточительно.

— Собирайтесь оба, едем инспектировать Институт благородных девиц, — сообщил я им, проходя в кабинет.

— Но… — Сперанский слегка завис. — Также не делается, ваше величество.

— Всё случается в первый раз, — я развернулся к нему, уже берясь за дверную ручку. — Прикажите приготовить моего коня и карету для её величества. И Зимина предупреди. Сейчас прибудут Кутузов и Макаров, вот когда я их отпущу, так сразу и поедем.

— Это как раз к обеду может получиться, — проговорил Сперанский.

— Да, и что? Заодно пообедаем с воспитанницами и сразу же поймём, как именно их кормят. — Я задумчиво посмотрел на Сперанского. — Михаил Михайлович, если они узнают о нашем визите до того момента, как я спешусь перед крыльцом, то это станет для меня чудовищным разочарованием.

— Я учту это, ваше величество, и постараюсь сделать так, чтобы вы избежали разочарования.

Войдя в кабинет, я посмотрел на закрывшуюся за мной дверь: Сперанский — совершенно непробиваемый тип. Прототип робота, мать его. Даже интересно, существует ли на свете хоть одна вещь, способная его растормошить? Пока что я не могу себе представить ничего, что способно заставить его кричать, к примеру.

Дверь открылась, и в кабинет вошёл Скворцов.

— Михаил Илларионович прибыл, — сообщил он мне. — Могу я задать вопрос, ваше величество? — спросил Илья.

— Задавай, — ответил я рассеянно.

— Зачем мне поручили со всем усердием заниматься с Михаилом Михайловичем? — спросил он, глядя на меня недоумённо, и даже немного растерянно.

— Потому что Михаил Михайлович не подходит на роль секретаря, а вот ты вполне, — ответил я, подходя к столу и беря обширный доклад о состоянии войск, представленный мне Кутузовым. Что-то мне в нём не нравилось, но что, я никак не мог понять.

— Я? — оторвав взгляд от доклада, я посмотрел на Скворцова. Ставший моим личным слугой парень уставился на меня так, что мне показалось, будто японские художники, рисовавшие в моё время аниме, использовали в качестве вдохновения людей с такими вот огромными глазами.

— Да, ты. А в чём дело? — я нахмурился, а Скворцов сглотнул.

— Но… я же… — Он несколько раз моргнул, а потом внезапно расправил плечи. — Я сделаю всё от меня зависящее, чтобы стать достойным доверия вашего величества, — выпалил он, глядя на меня очень серьёзным взглядом.

— Вот это совсем другое дело, — ответил я, возвращаясь к докладу. — Полагаю, Михаил Михайлович ушёл выполнять моё поручение. Почему сам пошёл, не послал тебя?

— Он мне не сказал, но, полагаю, чтобы не разочаровать ваше величество. — В голосе Скворцова ясно прослеживался сарказм. Надо же, быстро учится. Думаю, что не ошибся с выбором. Самородки встречаются среди простых людей, нужно только их вовремя заметить. Илье же просто повезло дежурить в ту ночь, когда я появился здесь. Но это не умоляет его старания на этом поприще.

— А что, ты бы по дороге растрепал всем, кто хотел бы тебя слушать, куда именно мы собираемся? — спросил я, в который раз откладывая доклад.

— Нет, разумеется. — Скворцов покачал головой. — Но Михаил Михайлович этого не знает. И вообще думает, что любое ответственное поручение необходимо сделать самому, чтобы знать, с кого спросить, в случае неудачи.

— Вот поэтому он и не годится в секретари. Эту должность Сперанский перерастёт очень быстро. И я хочу, чтобы к этому моменту ты был полностью готов его заменить. Да, когда ты станешь секретарём, мне понадобится личный слуга. Что ты думаешь о том парне, которому голову разбили в ту проклятую ночь?

— Неплохой слуга. Исполнительный и очень преданный. А после того как вы его приказали чуть ли не в своих покоях лечить, и самое главное, выслушали, более преданного человека, вам сложно будет найти, ваше величество. — Совершенно искренне ответил Илья.

— Начинай его готовить. — Кивнул я. — Самое главное, убедись, что он грамоте обучен и счёту. Ежели нет, то поспособствуй, чтобы такие навыки у него появились.

— Слушаюсь, ваше величество, — Скворцов поклонился.

— Так, а теперь пригласи сюда уже Михаила Илларионовича. Скоро Макаров придёт, а они друг друга не слишком любят, не нужно давать им повод для беспокойства.

Я усмехнулся своим мыслям. Вот же команда у меня собирается: многие друг друга терпеть не могут. А половина из них вдобавок ко всему терпеть не может меня. Но работают, и даже уже что-то начало получаться. У Макарова так точно. Тайная экспедиция доживала последние дни. Перед поездкой в Москву она окончательно прекратит своё существование, и на её месте начнёт вырастать нечто совершенно иное.

Скворцов сделал шаг к двери, но не успел её открыть, как она сама распахнулась, и в кабинет ворвался Зимин.