— Руто, да приходи же ты уже в себя, — застонал Йорф, снова вставая в боевую позицию. — Он тебя…

Он не успел договорить — его сбил с ног мой собственный удар. Обезвредив сумасшедшего товарища, я кинулся туда, где из темноты блестели голубые глаза и доносилось жалобное мурлыкание.

— Нет, Руто, нет! Стой! — закричал мне вслед Йорф. Я поморщился — думал, что удар был достаточно сильным, чтобы вырубить безумца. Но тот, видно, собрался с силами и заорал во всю глотку: — ТРЕВОГА! НА ПОМОЩЬ! ЦЕВАРК В АКАДЕМИИ!

Начали распахиваться двери. Этого ещё не хватало, с отчаянием подумал я, глядя в голубые глаза пушистого милашки. До него оставалось всего несколько шагов, но я боялся спешить — перепуганный зверёк, того и гляди, даст дёру. Ещё бы, после такого немудрено потерять к людям всякое доверие…

И тут до меня дошло.

Я понял, почему Йорф так себя вёл. Он просто хотел забрать зверька себе. Вот и всё. А теперь коридор наполнялся другими идущими. Сейчас они разглядят, какая красота перед ними, и каждый захочет того же.

Ну уж нет, не позволю. Моё!

— Эй, Йорф, так в чём дело? — раздался совсем рядом голос Зутти. — Что там? О, Руто, ты? А это… — он умолк, уставившись на пушистика.

— Отойди, — угрожающе зашипел я. — Он мой.

— Цеварк… — едва слышно выдохнул Зутти, зачем-то зажмурился и отступил назад.

Вокруг собиралась толпа. Характерный треск говорил о том, что ученики постарше разворачивали защитные экраны. Наверное, готовились сражаться друг с другом за то, кому достанется питомец. Младшие, разглядев, что происходит, ойкали и скрывались в своих спальнях — понимали, что такие противники им не по зубам.

Я тоже это понимал, но готов был драться до конца.

Разумеется, пушистику вся эта суматоха безумно не нравилась. Забившись в свой угол, он дрожал и жалобно глядел на меня своими глазищами, словно умоляя помочь.

— Убирайтесь, — рыкнул я на собравшихся, сгоняя кровь в ладонь.

— Уймись, багровый, — насмешливо откликнулся кто-то из старшекурсников. — Ты под его гипнозом.

— Может, свяжем его? — предложил ещё кто-то шибко умный. — Чтобы дел не натворил.

— Просто прикройте барьером.

— Кому делать нечего, багрового прикрывать?

— Давайте я, — крупный блондинистый старшекурсник со вздохом шагнул вперёд. — Эй, парень, отойди немного в сторону, я постав…

Не дожидаясь, пока хитрец договорит, я ударил. И под возмущённые возгласы кинулся к зверьку.

А он кинулся навстречу мне.

Послышалась ругань, засвистели магические удары. Мягкое тёплое тельце пушистика сбило меня с ног, прижало к полу. «Защищает», — успел подумать я с умилением, прежде чем в плечо вонзились острые когти, а в шею — что-то вроде кинжала.

Кто-то ухитрился сбить с меня цеварка и зажать страшную рану на шее. Рот наполнился кровью, и я пережил несколько мучительных мгновений, пытаясь откашляться и вдохнуть. Незнакомая женщина, что-то приговаривая, сдавливала рану. Боль и жжение растеклись по всему телу, но у меня чудом хватило мозгов понять, что это следствие магического лечения, и не дёргаться.

Шевельнуть головой я не мог, поэтому отчаянно вслушивался в происходящее: почти сразу раздался чей-то полный ужаса вопль, потом звон стекла. Вопль не оборвался — затих в отдалении. Затем всё снова потонуло в суматохе: чьих-то причитаниях, взволнованных возгласах, женских голосах, выкрикивающих отрывистые команды. А потом все примолкли.

— Как он? — требовательно спросил знакомый голос.

— В порядке, — целительница вздёрнула меня вверх и поставила на ноги, отчего голова просто взорвалась болью. — Я успела вовремя остановить кровотечение, всё остальное — пустяки.

Она отпустила меня, и я пошатнулся, но чьи-то руки вовремя подхватили под мышки. Я согнулся пополам, опорожнил на пол желудок и поднял наконец голову, морщась от боли.

Директриса не смотрела на меня — она разглядывала выбитое оконное стекло, откуда порывами дул ночной предураганный ветер.

— За ними последовали лучшие хранящие, госпожа, — пробормотала женщина, которая меня лечила.

— Бесполезно, — мрачно отрезала Фельтира. — Мальчика не спасти. Этому, — она кивнула на меня, — безумно повезло. Немногие могут похвастаться тем, что пережили атаку цеварка.

Я нерешительно взглянул на женщину-лекарку, но сказать ничего не успел.

— Будите всех юношей, — велела директриса стражницам. — Собирайте во внутреннем дворе. Всех, без исключения.

— Простите, госпожа смотрящая, — робко возразил поддерживающий меня под руку Йорф. — Руто нужно лечь, ему плохо…