— И то верно, — откликнулась Хельга. — Давай, я пойду с тобой в город.

— Нет, лучше я, — вызвался Руслав. — Припасы кончились, пополнить надо. А вы избушкой займитесь. Ей Веник с три короба наобещал.

Вот Васька! Всё другу пересказал, больше некому. Но я не обижался на кота. Он помогал мне каждый день, подсказывал, советовал. Без него было бы тяжко.

Собирались мы быстро. Русик будто торопился скорее покинуть избушку. Я даже начал беспокоиться о нашем приятеле, а вот как аккуратнее выспросить, что с ним происходит, не решил. В прошлый раз мои три курса факультета психологии не дали результата. Попытаться снова?

Хельга стояла на крыльце и смотрела нам вслед, пока мы не скрылись за деревьями. Сивку я звать не стал, ступа тоже пылилась без дела. Стоит прогуляться. Мы отошли достаточно далеко, когда я решил, что пора начать беседу.

— И как тебе снова в человеческом облике? — спросил Руслава.

Ворон споткнулся и едва не расшиб нос о дубок, росший у тропинки.

— Нормально, — буркнул недовольно. — Думаешь, мне нравилось быть вороном?

— Судя по тому, как ты хмуришься, у меня закрадываются такие подозрения, — ответил я.

Руслав невесело усмехнулся.

— Тебе не понять, — сказал он. — Все эти годы я думал о том, что буду делать, когда снова стану человеком. Уже потерял надежду, что это однажды случится, и вот… Я в растерянности. Не знаю, как быть, с чего начать. Отвык, понимаешь?

— Понимаю и чувствую себя так же, — ответил приятелю. — Думаешь, мне легко привыкать к чужому миру? Я к нему не приспособлен. Если бы Хельга не взяла на себя приготовление пищи, так и питался бы всухомятку. Тут свои законы. Здесь нет элементарных вещей, к которым я привык: телефона, телевизора. Нет моих близких.

— Жутко представить, каково это. Но для меня возможно.

— Поэтому и говорю, что я тебя понимаю, дружище. Но человек постепенно привыкает ко всему. Мы тоже привыкнем. И потом, у тебя есть Хельга, вы любите друг друга. Зачем усложнять?

Руслав улыбнулся. Видимо, на этот раз знание психологии не подвело. Хотя. Какая там психология? Наши ситуации действительно похожи.

— Удивительно, как меняется мир в зависимости от того, под каким углом на него смотришь, — сказал Русик.

— Да, — кивнул я. — А ты все еще можешь обернуться вороном? Или эта способность пропала?

— Могу, но не хочу, — поморщился тот. — Кажется, что не получится обернуться обратно.

— Тогда не надо. В Мятиче пополним твой гардероб, а то так и будешь ходить в одних штанах и рубашке.

— У меня денег нет.

— Займем у Яги.

А что еще оставалось делать? И заняли, и одежду Руславу купили, и занавески, и мясо, и другие продукты. Назад сами бы не дотащили, пришлось вызывать Сивку. Я погрузил на него мешки, а Руслав все-таки рискнул. Его тело подернулось темной дымкой. Миг — и надо мной взмыл ворон. Я приказал Сивке скакать за ним, и несколько минут спустя мы были у избушки. К счастью, опасения Руслава оказались беспочвенны, и он с легкостью снова стал человеком.

Хельга выбежала из избы ему навстречу, но обнять не решилась, только смотрела на своего жениха, будто не могла наглядеться.

— А мы прибрали в избе, — похвасталась мне. — И бытовые заклинания обновили. Теперь внутри всё еще лучше, чем прежде.

— Спасибо, — ответил я. — Занавески прибыли.

— А мясо? — Васька выпрыгнул из дверей.

— Мясо в первую очередь. Идем внутрь?

Все засуетились, раскладывая продукты по местам, а Васька получил вожделенный кусок свинины, проглотил его, почти не жуя, и довольно растянулся на крылечке. Тем не менее, как только заметил, что мы собираемся обсудить последние новости, присоединился к нам.

Мозговой штурм — дело нужное. Это понимали и я, и мои домочадцы, поэтому мы уселись вокруг стола. Со стороны, наверное, выглядело забавно: девушка-чародейка, я в привычных джинсах и вышитой рубахе, Руслав — весь в черном, как некромант, и большой упитанный кот. Вот только нам четверым весело не было.

— Итак, что мы имеем, — на правах хозяина избы я заговорил первым. = Черновей обосновался в царских палатах. Значит, что?

— Что? — в один голос спросили Русик и Васька. Сказано, много лет прожили под одной крышей.

— Пытается повлиять на царя… Кстати, а как Марфиного папу зовут?

— Иваном, — ответил Васька. — Яга его лично на царевне Елене женила и на свадьбе плясала.

— На царя Ивана, значит. Вопрос: с какой целью?

— Власти захотел, — предположила Хельга.

— Если так, зачем ему грань? Сидел бы себе в палатах и в ус не дул. Никто бы и внимания не обратил. Нет, здесь что-то другое.

— Информация, — сказал Руслав. — У царя огромная библиотека. Возможно, Черновей ищет в ней то же, что и в книге Бабы Яги.