Отчасти благодаря моей семье и контактам покойной жены у меня есть некоторые связи. Хотя «некоторые» — это мягко сказано. Я знаю достаточно нужных людей, чтобы баллотироваться в мэры до того, как мне исполнится тридцать... несмотря на все слухи и ошибки прошлого.

Вот почему я так отношусь к Иден. Я не понаслышке знаю, какими ядовитыми могут быть жители Блэк Хэллоуза. Я знаю, каково это, когда весь город говорит о тебе и твоей семье за твоей спиной, но никогда не говорит тебе в лицо.

Но в отличие от Иден, которая не создала себе внешнюю оболочку, потому что ее мать держала ее в тайне, чтобы защитить свою драгоценную репутацию, я смог подняться над этим и взобраться на пьедестал.

Однако мы оба падем, если кто-нибудь узнает, что между нами произошло.

Неприятно, что все в Блэк Хэллоузе уже строят догадки о наших отношениях. Все из-за нашего подходящего возраста и прошлого Иден с ее непорядочным учителем.

Жаль, что его не посадили за решетку, ведь любому человеку было очевидно, что он обхаживал ее, и это был лишь вопрос времени, когда он совершит что-то ужасное.

Это лишний раз доказывает, что в этом городе важно не то, что ты знаешь, а то, кого ты знаешь. Этот извращенец оказался племянником влиятельного судьи, что заставило мою жену — окружного прокурора, — которая получила свою должность только благодаря собственным манипуляциям, — отступить и отвернуться от собственного ребенка.

В день смерти Карен я пообещал себе две вещи: первая — когда я стану мэром, то помочусь на ее могилу за то, что она была такой дрянью по отношению к Иден, и вторая — я любыми способами помогу Иден одолеть ее демонов.

Но это трудно сделать, когда все вокруг считают, что ты должен засовывать свой член в падчерицу.

Еще сложнее, когда они не совсем ошибаются... потому что у тебя уже целый год есть желание воплотить эти слухи в жизнь.

Вздохнув, я начинаю расхаживать по ее спальне. Находиться так близко к ней, когда она лежит на кровати, убивает мой самоконтроль.

— Мне не следовало подталкивать тебя к интервью. Мне жаль.

Учитывая, что люди в городе не видели Иден годами, потому что ее расстройства не позволяют ей выходить на улицу, я подумал, что организовать несколько интервью с местными СМИ здесь, в доме, было бы неплохо.

Для нее... и для меня.

Но все пошло наперекосяк, как только они начали публиковать ее фотографии.

Юная Иден уже была Лолитой в их сознаниях. Но нынешняя Иден — то, что снится женам в кошмарах, а мужчинам во снах.

Как искушение и грех, обернутые красивым бантом.

Длинные светлые волосы, большие голубые глаза, пухлые губы, соблазнительная задница, ноги от ушей и полная грудь, которые заставляют мужчину проклинать и одновременно благодарить Бога каждое воскресенье в местной церкви.

Не говоря уже о тугом Священном Граале между ее кремовыми бедрами.

Блядь.

Выдохнув, я заставляю себя перестать думать не той головой. О том, чтобы трахнуть падчерицу, не может быть и речи. Как бы сильно я этого ни хотел.

А после этих выходных, надеюсь, сплетни — и мой голод — относительно меня и Иден рассеются окончательно.

Иден еще не знает, потому что у меня нет ни сил, ни желания разбивать ей сердце. Но у меня есть договоренность с Маргарет Бексли. Вернее, с ее отцом-губернатором, который оказался старым другом моего отца.

Милтон Бексли не только вливает в мою кампанию чертову кучу денег, но и втайне надеется, что когда-нибудь я займу его место, ведь сыновей у него нет, а его единственная дочь Маргарет больше заинтересована в роли Степфордской женой политика, чем в самой политике.

На бумаге ситуация идеальна. Она в разы лучше той, что была у меня с Карен, той, на которую я по глупости согласился в силу молодости и импульсивности.

Мне просто нужно быть осторожным, потому что в этом городе восприятие — это все. Если я слишком быстро вступлю в отношения с дочерью губернатора, люди подумают, что я делаю это только ради политической выгоды.

Но если я продолжу жизнь вдовца со своей великолепной падчерицей, запертой в башне как принцесса... это только укрепит сплетни и заставит их обеспокоиться.

И если, когда придет время выборов, у них останется хоть капля сомнений в моей личности, я лишусь их поддержки.

Я долгое время работал над этим, ожидая идеального момента, чтобы выдвинуть свою кандидатуру. Я не мог баллотироваться, пока был женат на Карен, потому что большая часть города ее ненавидела. К сожалению, развестись с ней до участия в выборах было бы самоубийством, поскольку Карен была не из тех, кто смиряется с тем, что ее бросили. Она и так грозилась адской клеветнической кампанией, вращающейся вокруг Иден, если я покончу с ней и буду баллотироваться в мэры. Ей не нравилось, что ее муж-шоумен имеет больше власти, чем она.