Я не ответил. Я был поглощен творением, в ушах разносился лишь тихий шепот магии, поглощающий меня полностью. В воздухе засияла красная звезда, символизирующая ядро заклинания. Уже хорошо. Верилось с трудом что получиться, ожидал, что все может просто взорваться к чертовой бабушке. Но нет, звезда сияет ровным светом. Вокруг нее в быстром темпе вспыхивали другие символы, создавая сложную сеть энергии.

— Скоро! — прошептал я, завершая создание конструкта.

Я вложил последние капли своей силы, и звезда взорвалась сиянием.

Огромная волна энергии выплеснулась на Стража. Тот осел на землю, как срубленная сосна, пыль и камни посыпались на болотистую почву. Мы и сами едва упали, столь мощным было пробуждение конструкта.

Я почувствовал, как моя кожа покрывается испариной. Не от жары, а от напряжения. Я замер, затаив дыхание, над бездной, зияющей в земле. Неужели получилось?

Конструкт упал на поток силы, создав всплеск. В разные стороны рванули брызги первородной основы, обжигая, заставляя скорчиться от боли.

Раздался оглушительный удар. Туннель задрожал.

Конструкт погрузился в вихрь бурлящего потока, который с неистовой силой хлестал во все стороны. Но затем произошло нечто невообразимое.

Конструкт начал светиться. Яркое, неземное сияние разошлось от него, окутывая туннель. Словно живое существо, он впитался в энергию бушующей силы, запечатывая пробоину как гигантская пробка.

В воздухе запахло озоном. Свист ветра и грохот камней внезапно ослабели. В туннеле повисла неловкая тишина.

— Он держит? — прошептал Босх, повернувшись ко мне.

— Пока да, — ответил я, вглядываясь в сияющий конструкт, хотя и не был до конца уверен, что это действительно так.

Я чувствовал, как сила уходит в это волшебное творение. А конструкт, созданный Березовым, жадно поглощал всю ее без остатка. Какая емкость у него я не знал, но надеялся, что нам удастся выкроить достаточно времени, чтобы найти решение и устранить эту проблему более надежным путем.

— Сколько он продержится? — спросила Славия.

Ее волновал тот же самый вопрос.

— Не знаю, — честно ответил я.

Меня же сейчас больше волновало другое.

Поток в пробоине успокоился, словно усталый зверь, стал ровно уходить весь без остатка в конструкт. Я повернулся в сторону и заметил что-то странное. Статуя, которая стояла чуть поодаль, замерла в неловкой позе. Ее руки, которые были подняты, чтобы метнуть в нас очередную порцию камней, опустились. В ее глазах, которые были высечены из камня, и которые еще минуту назад горели яростным огнем, появилась пустота.

— Что с ней? — спросила Славия, подходя ко мне.

— Страж почувствовал, что поток силы больше не изливается в пространство и вновь замер. Думаю, как только конструкт насытиться и не сможет больше поглощать силу, Страж вновь оживет. За это время нам нужно понять, что произошло и найти способ устранить эту проблему.

Сила… Первородная, мощная, живая! Свиваясь кольцом под сводами церкви, она текла ровным потоком вниз, искрясь и переливаясь всеми цветами радуги.

Тень человеческого силуэта, словно вырезанная из самой ночи, возвышалась над алтарем, неподвижная и зловещая. Взгляд, полный презрения и жажды, устремлен на бурлящий поток энергии, который, подобно реке, стремился к его источнику.

Внутри этого силуэта, в самом его ядре, таилась пустота, бездна, которая жаждала заполнения. Эта пустота была не просто отсутствием, это была воронка, в которую устремлялись потоки силы, питая ее своим огнем, делая ее все более глубокой, все более могущественной.

Каждое прикосновение, каждая переданная воля — все это питало его, делало его сильнее, увереннее. Его сущность, словно голодный зверь, пожирала все, что попадалось на его пути, становясь все более зловещей, все более темной.

Ощущение этого потока — не просто удовольствие, это блаженство. Это музыка, которую слышал только он, песнь могущества, которая пела в его душе.

Это власть, которую он жаждал и которую он заслуживал.

Его дыхание становилось более глубоким, его взгляд — более проницательным. Он ощущал, как его сила возрастает, как он становится все более уверенным в себе, все более неприступным.