«Может тоже к Диме сходить? Пока ещё ребята тут справляются, – пронеслось в голове, но Катя тут же себя одёрнула, – Нет, не стоит его отвлекать. Всё же конец сезона. Дел у всех по горло.»

Женщина ловко спрыгнула обратно в раскоп – глубокую, больше метра, яму правильной квадратной формы. Подобрав с земли инструменты, она опустилась на колени и снова погрузилась в работу, медленно расчищая землю скребком.

Экспедиция профессора института археологии Александра Григорьевича Воронова уже больше месяца работала на этом месте. Сезон выдался удачным на различные находки, и уезжать они не торопились. Однако совсем скоро, по уверениям синоптиков, должны были зарядить августовские дожди, так что отъезд назначили через две недели. А до этого времени предстояло успеть закончить ещё сотню дел: рассортировать находки, подготовить всё к транспортировке, заполнить отчёты. Не удивительно, что в лагере все были словно на иголках, готовые в любой момент бежать куда-то и выполнять очередное поручение.

Катя и Дима Покровские, молодые двадцатисемилетние аспиранты, совсем недавно поженились. Все думали, что они откажутся от поездки. Но их ничто не могло заставить пропустить экспедицию, тем более под руководством любимого профессора. Так что, как они сами любили шутить, их медовый месяц проходил на раскопках.

Солнце было в зените, красиво расположившись посреди ярко-голубого, без единого облачка неба. Его лучи даже сквозь слой одежды обжигали кожу, придавая ей всё более тёмный оттенок. По спине, лбу и рукам скатывались капли пота и, падая, оставляли тёмные пятна на поверхности сухой потрескавшейся земли. Всё тело ныло из-за неудобной позы, которая не менялась по нескольку часов. Пластыри на руках скрывали под собой не сходившие последние два месяца мозоли.

Катя медленно соскребала землю, слой за слоем продвигаясь всё глубже. Часть группы уже ушла на обед, так что вместе с ней оставалась лишь пара человек. Бросать работу не хотелось, но и заставлять Диму ждать тоже. Лишь во время обеденного перерыва им удавалось хоть немного времени провести вместе. Вечерами обычно сил не оставалось ни на что, кроме как забраться в тёплую палатку и, прижавшись друг другу, уснуть. Но даже таких коротких моментов им хватало для того, чтобы постоянно чувствовать близость. К тому же они оба были влюблены в археологию, и её вмешательство в их семейную жизнь вовсе не вызывало ревности.

Тени на песке удлинились, сообщая о том, что больше задерживаться было нельзя. Последний раз прошуршав металлической пластиной, Катя замерла. Вместо обычно мягкого рассыпчатого звука послышался тихий звон. Из-под открывшегося слоя свежего грунта виднелась какая-то тёмная точка, поднимаясь маленьким бугорком над поверхностью.

Внутри всё сжалось. Только не радоваться раньше времени! Это вполне мог оказаться самый обыкновенный камешек, соринка. Что угодно! Пальцы словно онемели, совершенно отказываясь слушаться. Хотелось схватиться за инструмент и копать, копать…

Глубокий вдох привёл Катю в чувства, позволяя снова овладеть собой. Любая поспешность или невнимательность в работе археолога могла обойтись слишком дорого. Она прекрасно это понимала, так что заставила себя подняться и потратить несколько драгоценных минут на отдых. После чего снова принялась медленно и аккуратно высвобождать на свет незнакомый предмет.

Почти сразу вокруг неё собрались студенты. Никто не сомневался, что если и удастся ещё до отъезда найти что-то, то это сделает Катя. По какой-то неведомой причине она умудрялась выискивать находки даже в тех местах, где их ну никак не могло оказаться. Разумеется, такой новостью нужно было во что бы то ни стало и как можно скорее поделиться, так что вскоре уже весь лагерь гудел догадками.

При виде тонкой согнувшейся фигуры в белой косынке, лицо Димы осветилось счастливой улыбкой. Несколько прядей выбились из-под ткани и теперь мешали своей хозяйке, падая на глаза. Катя словно заранее почувствовала его приближение и, замерев, теперь прислушивалась к его шагам. Он тихо подошёл и опустился рядом, поставив перед ней коробку с соком и пачку печенья.

– Прости, что не пришла, – тихо проговорил она, не прерывая работу.

– Знаю, что не могла.

Дима нежно провёл рукой по её виску, заправляя непослушные каштановые волосы обратно под ткань. Катя повернулась и с благодарностью взглянула на мужа.

– Тебе снова это удалось, – он улыбнулся и прижал её к себе, – Поделишься когда-нибудь секретом?

В его глазах было столько заботы, что она, позабыв обо всём, с наслаждением растворилась в этом ощущение счастья. Даже внутренний огонь, который заставлял её работать, стирая в кровь руки, забывать о еде и сне, в желании узнать нечто новое, даже он отступал перед тихо мерцающим пламенем этой любви. Время перестало существовать, и только удлиняющиеся тени настойчиво возвращали их в реальность.

– Мне нужно идти, – прошептал он, нежно поглаживая её по голове, – Профессор попросил помочь с отправкой находок. Пожалуйста, поешь немного. Вечером обещаю устроить тебе настоящий праздничный ужин. Согласна?

Она кивнула, а Дима ответил ей поцелуем в нагретую солнцем щёку. Лишь усилием воли он заставил себя прервать прекрасный миг и, отстранившись, поднялся на ноги. Ещё несколько раз повернувшись, он помахал ей рукой, а затем скрылся из виду, оставив после себя лишь ощущение лёгкого прикосновения губ.