Шрифт:
— Молодцы. Ун Ту Хан хороший парень. Им сейчас как раз не хватает в доме мужчины, — порадовался У Аун Бан.
— В Ушикоуне он пользуется таким же уважением, как У Лоун Тхейн. Завтра я к нему схожу.
— Сходи. А я дня два-три поработаю в поле.
— Ладно. Ну, я, пожалуй, пойду, — и, откланявшись, Ко Шве Чо вышел из сторожки.
XIV
Низко повисло звездное небо, и, хотя луна еще не появлялась, было довольно светло. Ко Со Твей, Ко Хла Саун, Ко Со Маун и два молодых мона, сидя на краю поля Ко Со Мауна, что-то горячо обсуждали между собой.
— Нельзя этого откладывать до возвращения У Шве Тейна. Как только здесь начнется восстание, негодяй У Пхоу Шан сразу же удерет в город. Мы не можем так рисковать, — с жаром доказывал Ко Со Твей.
— Если мы его убьем, сюда немедленно нагрянут полиция и солдаты. А мы к отпору пока не готовы, — возразил молчавший до этого Ко Со Маун.
— Вот и хорошо, что нагрянут. Наконец-то и у нас дело сдвинется с места.
— Если У Пхоу Шана мы уберем, нам достанутся его пистолет и двустволка. А это для нас сейчас очень важно. Одними копьями да луками ничего не достигнешь. Нужно современное оружие.
— Против этого никто и не возражает.
— Но на совещании ведь решили пока его не трогать, — сказал Ко Хла Саун.
— Мало ли что решили. Мне кажется, это неправильно. С индийцем и с У Пхоу Шаном надо рассчитаться непременно, — решительно сказал Ко Со Маун.
— У Пхоу Шана надо убить этой же ночью, — поддержал его Ко Со Твей.
— Надо все обдумать тщательнейшим образом, — настаивал Ко Хла Саун. — Совершенно недопустимо, чтобы из-за преступного легкомыслия рухнуло все дело.
— До чего же противно иметь дело с трусами, — брезгливо сказал Ко Со Твей, — можешь не идти. Никто тебя насильно не тащит. А я сидеть сложа руки больше не могу: хватит болтать. Пора добывать оружие, Ко Со Маун! Забирайте луки, ножи, и пошли в деревню Уинва.
Он решительно встал. За ним поднялись остальные.
— Ты глубоко ошибаешься, если полагаешь, что я трушу. Я принципиально против этой затеи, но поскольку вас большинство, я пойду с вами, — сказал Ко Хла Саун дрогнувшим от обиды голосом.
Затем, обращаясь к молодому пареньку, приказал:
— Пхоу Сан Кхоу, у меня под подушкой нож. Пойди принеси его.
Моны разошлись по домам и вскоре вернулись с ножами, копьями и луками.
— Готовы? Пошли. — Ко Хла Саун двинулся первым. Ко Со Твей и его товарищи последовали за ним.
До деревни Уинва было примерно три мили. Далеко за полночь они пришли к дому старосты У Пхоу Шана. Дом находился на краю деревни рядом с монастырем и был окружен высоким частоколом из бамбука. Калитка оказалась запертой изнутри.
— Как же мы войдем? — шепотом спросил Ко Со Маун. Ко Со Твей молча достал из перекинутой через плечо сумки маленькую пилу, дал ее одному из монов и жестом приказал распилить прутья. Спустя пятнадцать минут в заборе зияла дыра, через которую свободно мог пролезть человек.
— Ко Со Маун, поставь караульного у тех деревьев. Никого не пропускать. Ослушавшихся убивать на месте. Вовнутрь пойдем только мы втроем, — распорядился Ко Со Твей, заряжая винтовку. Скрываясь за кустами жасмина, он, Ко Хла Саун и один из монов проникли во двор и крадучись подошли к амбару.
— Ты останешься у этой лестницы, — приказал Ко Со Твей мону, — руби всякого, кто появится.
Дом старосты стоял на высоких сваях. Ко Хла Саун и Ко Со Твей неслышно поднялись по лестнице, налегли на дверь, но она не поддавалась. Пропилив отверстие в том месте, где, по его расчетам, была щеколда, Ко Со Твей вставил в него небольшую палку и через минуту расширил отверстие настолько, что в него можно было просунуть руку. Встав на плечи Ко Со Твею, Ко Хла Саун проделал ту же операцию и с верхней щеколдой. Освещая путь завернутым в тряпку фонарем, они достигли гостиной, где на полу под изображением Будды спал человек. Ко Хла Саун на цыпочках подкрался к спящему и, приставив нож к его спине, крикнул:
— Не двигаться! Молчать! Человек замер.
Тем временем Ко Со Твей бросился в спальню У Пхоу Шана, но никого там не обнаружил — ни его самого, ни жены, ни детей. Он спешно осмотрел полупустые сундуки, но, кроме старого тряпья, там ничего не оказалось. Разочарованный, он вернулся в гостиную.
— Куда девался У Пхоу Шан? — крикнул он лежащему на полу человеку, сопровождая свой вопрос пинком. Тот лежал на боку, накрывшись с головой одеялом, и трясся от страха.
— Будешь ты отвечать? — заорал Ко Со Твей, больно ткнув его в бок носком ботинка.