— Ах, господин Игнаций!.. — Фелатива заметно занервничал, но почтительно склонил голову перед гвардейцем. — Не знал, что вы тоже приглашены.

— Не удивлен, — холодным тоном констатировал Игнаций. — Думаю, чтобы вы ознакомились со списком приглашенных гостей, там должны быть только владельцы флотов да кораблестроители с моряками… Хотя, думаю, вы уже и так смогли найти того, кто вам нужен.

Я невольно поежилась, когда взгляд Игнация скользнул с сенатора на меня.

— Камилла из дома Кустодес, — представилась я с вежливым поклоном.

— Игнаций Раомос, командующий третьим полком при второй когорте Второго Легиона Имперской гвардии, — представился мужчина, даже не удостоив меня вежливым кивком. — А кто вы такая, мне и так хорошо известно.

— Правда? — с сомнением поинтересовалась я, но тут же спохватилась. — Ах, полагаю, вы тоже знакомы с моим братом?

— Отнюдь, — Игнаций покачал головой. — Я наслышан о вас от моего внука.

Лицо удивленно вытянулось, когда из-за спины показался… Ари. Глядя на них вместе, сразу становилось понятно, кто же является нынешним примером для подражания юноши. Так же, как и семь зим назад, когда Ари пытался быть копией своего отца, теперь он всеми силами пытался походить на своего деда — офицерская прическа, прямая осанка и высоко задранная голова, придающая, как ему, наверное, казалось, устрашающий и надменный вид. От этого парень казался еще более жалким, несуразным чем обычно. Лишь одним он превзошел своего деда — такому взгляду, как у Ари, Игнациус мог только позавидовать.

— Ари Хус — внук полковника Серой гвардии?! — ахнула Клавдия. — Вот так новость! Я и не знала, что ты в родстве с самим Белогривым псом… Ой, простите…

Поняв, что сказала лишнего в присутствии гостя, бледное личико Клавдии тут же побагровело в тон ее платью. Девушка потупила взгляд и сделала шаг назад за спину отца, словно бы ожидая, что тот защитит ее от гнева полковника. Сенатор же и сам выглядел так, будто и сам был не прочь спрятаться за кем-нибудь.

Лишь приподнятая бровь выдала в Игнации его недовольство, однако реакция девушки его, кажется, только позабавила.

— Бросьте, юная госпожа. Думаете, я не знаю, как меня кличут за моей спиной? Увы, возраст возьмет свое как бы мы не старались выиграть схватку со временем, — он провел по волосам, равномерно белым, отливающим серебром в свете масляных ламп. — Не все воины можно выиграть. Впрочем, лучше быть псом, чем трясущейся шавкой, не так ли?

Скрытую угрозу в его голосе не расслышал бы только глухой. Между сенатором и полковником явно были давние разногласия.

— Я тоже не знала, что Ари будет здесь, — дружелюбно сказала я, пытаясь подражать обворожительной улыбке Клавдии. — Он обычно не посещает такие мероприятия. Да и вообще крайне мало рассказывает о себе.

— Что же, рад, что у моего внука хватает мозгов не светится на подобных… приемах. Не хватало еще, чтобы о моей семье пускали нелепые слухи, — промелькнувшую тень улыбки на лице Игнация можно было бы расценить как гордость. — Я боялся, что воспитанный в Нортланде, среди дикарей-северян, из мальчика сделают копию его отца, но моя дочь приложила все силы к тому, чтобы заложить в мальчика Имперские Истины. В молодости, в его годы, Айварс был грозой пьяных разборок и королем красных улиц.

Я заметила, как Ари стиснул кулаки, но даже не подумал прерывать Игнация.

— О, да… Нортлинги с крайней неохотой принимают просвещение, что мы им несем, — поддакнул сенатор, радуясь, что можно увести тему в другое русло. — Крайне суеверный и необразованный народ. Про это я и говорил до того, как вы присоединились к нашей беседе. Ересь и суеверия, что укоренилась в северянах за долгие столетия, нужно искоренять знаниями и поднятием уровня образования.

— Суеверия можно искоренить страхом, либо заменить более приемлемыми суевериями. Сколь бы ни был образован народ, пока им с пеленок твердят, что в горах живут тролли а в лесах — духи, эту веру не уничтожить, зачитав им пару трудов по физике и биологии.

— Так как же, по-вашему, нужно бороться с безграмотностью? — поинтересовалась я.

— Никак. Люди должны знать ровно столько, чтобы они могли платить налоги да продолжать семейное дело.

— Как же! Это ведь противоречит Имперским Истинам! Свет знаний всегда должен озарять путь невеждам, — сенатор чуть было не задохнулся от возмущения.

— Но им не обязательно понимать этот свет, если можно просто идти про проторенному пути вслед за теми, кто идет впереди них?

— Вы говорите о раболепном подчинении, но как же тогда наше общество будет развиваться? Без знаний мы вновь впадем в темные века…

— Темные века были как раз-таки потому, что знаний было много и не все они были правдивы. Каждый был уверен, что знает, как устроен мир, как распоряжаться древними опасными силами, что несли своим последователям. И к чему это привело? К бездумному использованию магии и бесконечным воинам за «истину», которое почти уничтожило нашу цивилизацию. Вот что ждет тех, кто дает доступ к знаниям. Никогда не знаешь, какой безумец ими воспользуется.

— Вы говорите, как и все остальные, — махнул рукой сенатор, не скрывая своего раздражения. — Нужно смотреть на мир прогрессивно. Магии давно нет, а опасные разработки под контролем наших ученых. Что плохого в том, чтобы рассказать крестьянам о правовой системе?