«Договор о конфиденциальном сотрудничестве», — гласила первая строчка. Дальше — стандартный набор юридических формулировок, от которых у меня, человека, привыкшего иметь дело с гаечными ключами, а не с бумажками, начинала кружиться голова.

— Суть, Камилла, — я закрыл папку с лёгким хлопком. — Давай без лишних реверансов.

Камилла, ничуть не обидевшись на мою прямоту, откинулась на спинку дивана, приняв позу скучающего сфинкса.

— Хорошо, Сергежа, — она лениво провела языком по губам, и этот жест показался мне неуместно эротичным в контексте нашего разговора. — Феникс нуждается в посреднике. В ком-то, кому он может доверять, кто сможет донести его идеи до людей. И наоборот.

— И ты считаешь, что я на эту роль гожусь? — я не скрывал скепсиса в голосе. — Да я же в этих ваших виртуальных делах ни бум-бум!

— Зато Феникс тебе доверяет, — Камилла улыбнулась краем губ. — Не забывай, Сергей, ты был единственным, кто контактировал с ним. Кто знает, может, именно ты и станешь пророком новой эры?

Пророком? Это уж слишком! Я всего лишь хотел спокойно жить, ремонтировать машины и не ввязываться ни в какие глобальные авантюры. Но, видимо, судьба распорядилась по-своему.

— … И вот что мне с этим вашим контрактом делать? — я с шумом поставил стакан на столик, забрызгав полированной поверхностью. — В рамку вставить?

В конце концов, я простой мужик! Двигатели ремонтировать — мое призвание. Спасать мир от виртуального апокалипсиса — это так, побочный эффект. А становиться послом доброй воли у какого-то, пусть даже очень умного, чайника — это уже слишком!

Камилла как-то странно улыбнулась, потом лениво и грациозно встала. Он пригубила вино и поставила бокал на столик. Девушка села рядом со мной. Мое бедро чувствовало жар ее тела. Сердце начало биться словно в припадке эпилепсии. Перед глазами промелькнули кадры нашей близости. Три месяца назад Камилла в первый и последний раз «отблагодарила» меня за мои мучения в виртуале. Та ночь с этой эффектной девушкой грела меня еще долгие дни и даже недели. К сожалению, повторения не было. То дела, то срочные вызовы. Мы встречались редко. Чаще болтали по коммутатору, с периодичностью раз в неделю.

Сейчас же ее присутствия в такой непосредственной близости меня нервировало, а организм готов был наброситься на девушку.

Камилла, видимо решив, что уговорами меня не пронять, наклонилась ко мне, обдав волной дорогих духов, и поцеловала.

Не то чтобы я сопротивлялся, нет! Губы Камиллы были мягкими и горячими, словно лепестки экзотического цветка. Вот только длилось это блаженство недолго.

В этот момент резко распахнулась дверь в гостиную.

На пороге, словно гнев господний, материализовался отец Камиллы.

— Камилла! — голос отца прозвучал громом среди ясного неба.

Мы отпрянули друг от друга, словно нас ударило током. На лице Камиллы не дрогнул ни один мускул, но я-то видел, как в её глазах вспыхнула паника. Чувствую себя как подросток в гостях у девчонки.

— Отец… ты… ты как раз вовремя, — проговорила она, с трудом поднимаясь с дивана.

Евгений Владимирович, отец Камиллы, внимательно нас разглядывал. Высокий худощавый мужчина с проницательным взглядом и аристократическими чертами лица застыл в дверях. Серый костюм, дорогие часы и легкая надменность во взгляде заставляли меня чувствовать себя неуютно. Казалось, будто в дом этого человека закрался нищий голодранец, посягающий на самое сокровенное — дочь.

Евгений Владимирович подошел к нам. Его взгляд был прикован ко мне.

— Нам нужно поговорить, — отчеканил он, и в его голосе было только ледяное безразличие. — Наедине.

Упс! Серега, тебя будут пороть?

Глава 2

Камилла, ни слова не говоря, вышла из гостиной, бесшумно прикрыв за собой дверь. Я проводил ее взглядом, гадая, о чем сейчас думает эта девушка. Чувствовал я себя словно под микроскопом. Внутри все сжалось от неловкости.

Евгений Владимирович жестом предложил мне сесть за стол. Сам он расположился напротив, не сводя с меня тяжелого взгляда.

— Сергей, — начал он без обиняков, — я знаю, кто вы и что сделали для всех нас. За это я вам благодарен.

Благодарен? А по его виду и не скажешь. Скорее уж, оценивает, как жеребца перед продажей.

— Но, — продолжил Евгений Владимирович, — есть вещи поважнее благодарности. Дела государственной важности.

Вот оно что!

— И что же вы предлагаете? — я постарался, чтобы мой голос звучал ровно, без тени нервозности. Не хватало еще перед этим воротилой блеять!

— Предлагаю сотрудничество, Сергей, — Евгений Владимирович откинулся на спинку кресла, и на его лице промелькнуло что-то похожее на улыбку, холодную, как лёд. — Взаимовыгодное, разумеется.

— И в чем же заключается это самое «взаимовыгодное сотрудничество»? — я не спешил соглашаться. Интуиция подсказывала, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке.

— Вы помогаете нам… наладить контакт с Фениксом, — Евгений Владимирович сделал паузу, словно взвешивая каждое слово, — а мы, в свою очередь, обеспечиваем вам… скажем так, комфортные условия существования.