— Герундий, набери номер Марка Тасманова, — немного раздражённо произнес он, дожидаясь ответа системы.

— Марк Тасманов в черном списке. Мне перевести его номер в список разрешенных контактов? — уточнил компьютер, и Антон закатил глаза.

— Да! И позвони ему.

— Запрос принят, — и спустя несколько секунд, Герундий отозвался: — Извините, но ваш номер заблокирован вторым участником диалога.

— Он меня в бан отправил?!

— Могу отправить запрос на восстановления вашего статуса абонента, — предложил альтернативу компьютер, отчего Антон мрачно вздохнул и пробурчал:

— Отправляй.

— Принято. Ожидайте подтверждения в случае согласия абонента на звонки, — Герундий замолчал, а Татошка опустил руку и рассеянно скользнул взглядом по крышам домов.

Рядом что-то зашуршало, затем перевернулось небольшое пустое ведро. Оглянувшись, Канарейкин заметил мелькнувший длинный хвост и поначалу подумал на кошку. Но стоило из-за своего укрытия выглянуть маленькой мордочке — оказалась обычная макака. Бурая шерсть покрывала небольшое тельце этого зверька. На мордочке у макаки отчетливо просматривались усы, брови и даже бакенбарды. Забавная зверушка, Антон потянулся к запястью и опустился на корточки, дабы запечатлеть животину.

??????????????????????????

— Что ты делаешь? — голос Миланы заставил его вздрогнуть, затем повернуть голову в ее сторону. Он не заметил, как макака подобралась ближе, ловкими маленькими пальчиками цепляясь за интересующий ее предмет — смарт-часы.

— Проснулся, гуляю, — не моргнув глазом, отозвался Татошка, не став добавлять про то, как просил денег у друзей. Без того ситуация была просто патовая. Но ему необходимо было отсюда уехать. Еще сутки в этой стране — у него поедет крыша.

— Правда? — Боярышникова приподняла брови, наклоняя голову. В лучах яркого солнца ее светлые волосы вспыхнули золотыми искрами. Удивительно, как они еще не выгорели за это время. — Знаешь, у нас сегодня выходной.

— Выходной, да, — рассеянно потянул Татошка, поднимаясь и не замечая ничего. Макака же ловко успела стянуть смарт-часы с его запястья, отскочив в сторону.

— Я думала позвать тебя погулять. Ну, знаешь, можем съездить на сафари, — улыбнулась Милана слабо и непроизвольно облизнула пересохшие губы. — Можем Влада не брать, он хотел вроде обработать снятые видео для Инстрагама…

Она резко замолчала, затаив дыхание и наблюдая за тем, как Антон приближается. Стоило ему оказаться подле нее, Боярышникова втянула носом аромат его одеколона — такой свежий, немного цитрусовый запах. Прикрыв глаза от внезапной ласки, едва Татошка скользнул пальцы ей в волосы, почувствовала на губах поцелуй. Мучительно медленно, долгий, призывающий к ответу. Она положила ладони ему на груди, затем скользнула выше к плечам и приподнялась на цыпочках, прижимаясь к Антону крепче.

— Поехали домой, — прошептал он между поцелуями, заставляя Милану задохнуться от переизбытка чувств. Кончики пальцев скользнули вдоль позвоночника, отчего стало немного щекотно. — Вернемся, начнем все заново…

— Заново? — эхом повторила Боярышникова, не вдаваясь в смысл слов Канарейкина.

— Я по тебе соскучился, — промурлыкал Антон, опуская ладонь ниже и трогая ткань легких джинсов на бедрах. — Очень-очень.

Это был запрещенный прием, и Татошка об этом знал. Только наплевать ему было, даже если бы Милана сейчас сказала «нет» на его предложение вернуться. Планы были совсем другими. Он спустился поцелуями к шее, вдыхая запах геля для душа. Осторожно подтолкнул к зданию, ведь в любой момент кто-то мог выйти на улицу, заставив их в довольно провокационных позах. Не то чтобы Антон очень разбирался в местных нравах, но играть на публику совсем не хотелось.

— Я красивая сейчас? — спросила Милана вдруг, заставляя Татошку удивленно поднять голову и заглянуть ей в глаза. Боярышникова замерла, став напряженной.

— Что за вопрос? — Антон моргнул, касаясь пальцем ее щеки. — Ты и не была никогда страшной.

— Просто, — она закусила губу, а затем они услышали ворчливый голос Тасманова откуда-то снизу.

— О-о-о, боги. Африка творит с людьми настоящие метаморфозы. Нет, я конечно знал, что ты, Тото, произошел от обезьяны, но не думал, будто решишь в нее обратно эволюционировать!

— Что за… — Татошка удивленно повернулся и увидел изображение Марка, на которое сейчас смотрела макака. Она сидела на перевернутом ведре, держа в лапках смарт-часы, разглядывая изображение мужа сестры Антона. Приоткрыла пасть, выпучив глаза и издавала странные звуки.

— Какого ежа?! — возмутился Канарейкин, заметив пропажу только сейчас.

— Ой, это же макака, — улыбнулась Милана, вставая рядом с ошарашенным Татошкой. — Знаешь, они очень проворные и наглые. Крадут все подряд, потом выменивают на фрукты.