— Мне-то как поступить? — возмутился он, делая шаг к проворному животному. Макака покосилась на него, отскочила в сторону со своего места и уставилась из-под бровей, удерживая смарт-часы, пока Тасманов там веселился по видеосвязи.

— А нет, все в порядке. Тони еще Тони. Твоя сестра будет рада узнать, что ты окончательно не одичал.

— Марк, заткнись! Иди сюда, воришка, пока я тебе хвост дудочкой не накрутил!

Милана окончательно очнулась от сладостной неги, поэтому теперь с упоением наблюдала за тем, как Антон пытается поймать проворную макаку. Длинный серый хвост тут и там мелькал за расставленными соседскими ящиками. Несколько раз Канарейкин падал, почти доставал до хвоста, но ловкое животное уворачивалось и издавало радостный крик, забираясь на какую-нибудь поверхность. Боярышникова испытала некое подобие удовлетворения от этого зрелища. После восхитительных минут пришло осознание просьбы Антона — вернуться он хотел, каков наглец.

Дразнящий запах свежесваренного кофе заставил Милану обернуться. Из здания общежития вышел Влад с двумя кружками и протянул одну ей, вставая рядом.

— Что происходит?

— Макака украла у Антона смарт-часы, — сообщила Мила, отпивая горьковатый напиток с привкусом кокосовых сливок.

— А-а-а, — потянул понимающе Радов, кивая в ответ. — Там Неема завтрак приготовила. Пошли есть, пусть наш охотник за дикими зверушками сам себя спасает.

— Не хочешь ему помочь?

— А ты?

И Милана не хотела. Еще чего, обманщик ведь. Воспользовался ее чувствами, пытаясь добиться желаемого. Почти получилось, Боярышникова до сих пор ощущала возбуждение от легкой близости с Канарейкиным. Утреннее солнце так не грело. Интересно, она когда-нибудь сможет без этого жить?

Они уже повернулись, шагая обратно в общежитие, когда раздался вопль, затем крик и звуки борьбы. Антон успел схватить макаку за хвост, дергая животное на себя, и почти отобрал у нее смарт-часы. Только сама обезьянка этого не простила. Разъярённая, она набросилась на торжествующего Канарейкина, будто желая разодрать ему лицо и загрызть насмерть. Ее клыки впились в руку Татошки, который заорал благим матом, пытаясь отодрать животное от себя. Вцепившись в густую бурую шерсть, он тянул ее, пока из окон выглядывали люди и наблюдали ожесточенную борьбу человека с природой.

— Спасать надо, — выдохнула в ужасе Милана, смотря на то, как катается с макакой по земле Антон. Она ловко взобралась по нему, вцепляясь в темные волосы, заорав в ответ на его крики.

— Зачем? — удивился Радов, подключая съемку на смарт-часах и радостно улыбаясь. — Это же шедевр. Борьба за выживание! Боевик, экшен, бабы рыдать в платки будут.

— Да она с него сейчас скальп снимет!

— Ну, как снимет, так обратно пришьют. Делов-то. Сейчас медицина далеко шагнула.

В больницу ехали всем составом: Милана, довольный собой Радов, мрачный Антон и причитающая Неема. Африканка рассказывала на суахили об ужасах местной живности, размахивая руками и периодически прыская на раны Татошки антисептик. Прямо поверх антибактериального пластыря, будто от этого был какой-то толк.

— Хочу домой, — мрачно изрек Антон уже будучи в клинике.

Больницы здесь тоже явно отставали в развитии. Ни дронов, ни дроидов, пара несчастных устаревших роботов-администраторов записывали пациентов на прием. Обшарпанные стены, чистая, но давно нуждающаяся в замене напольная плитка. Всюду бегали в белых халатах врачи с медсестрами, пока они сидели в очереди. Павшие жертвой жестокой борьбы смарт-часы, Антон сжимал в руке как трофей.

— Надо было ей хвост оторвать, — добавил он, скрипя зубами от злости. — Чучело из нее сделать и дома поставить.

— Знаешь, ты сам виноват, — улыбнулась Милана, поглаживая обиженного Канарейкина осторожно по плечу. Рядом была огромная дырка на футболке, оставленная после обезьяны, и несколько заметных царапин на коже.

— Хочу домой. К папе хочу, — вздохнул Татошка. — Устроюсь на работу. Буду хорошим мальчиком. Только пусть заберет меня отсюда.

— Ой, да брось. Где еще ты подерешься с макакой за часики? — потянул Влад, громко расхохотавшись. — Знаешь, вы прямо как две телочки на распродаже шмоток из «Молл» были. Видал я таких. Нормальные люди давно в интернете заказывают, а этим все вживую драки за сапоги подавай.

Он вздохнул, на секунду погрузившись в воспоминания. А потом почувствовал на себе взгляды Миланы с Антоном. Особенно внимательно на него смотрел Канарейкин. Отодвинулся немного к краю скамьи, обнял за талию Боярышникову, заставляя двинуться следом.

— Чего вы? — не понял Радов.

— Не хочу знать, что ты делал в «Молл» в женском отделе во время распродаж, — проговорил Татошка. — Вообще не хочу.

— Эй! Я нормальный! — взвизгнул Влад, почувствовав поглаживание по коленке. Милана посмотрела на него, затем убрала руку и ласково улыбнулась.

— Ничего, Владик, — елейным тоном заметила она. — Сейчас не стыдно признаваться в нетрадиционных взглядах на любовь. Мы все понимаем.

— Да в чем мне признаваться?

— Не вздумай на меня дышать, — скривился Татошка, содрогнувшись всем телом. — Вдруг это заразно? Мил, я уже на сафари согласен, только держи его от меня подальше!

— Сейчас в углу зажму и приставать начну, — зашипел разъярённый Радов, пытаясь добраться до Антона, тяня к нему руки. — Милан, дай сюда своего недобойфренда. Я ему быстро покажу силу мужской любви.