— Этот читер нас по кругу гоняет, — развел руками Вадик, удерживая одной рукой ультра-планшет. На экране виднелись какие-то цифры, смысла в которых Паша видел еще меньше, чем во всей этой охоте за призраком таинственного киберпреступника.

Откровенно говоря, это начинало раздражать. Последняя выходка с кенийцами едва не заставила Павла нанять киллера и вытрясти из каждого недруга признание, кто посмел заказать его сына. Сам он умом понимал, что этот человек имел зуб на всю семью и Антона в частности, но успокоение подобное знание не приносило. Даже два лучших хакера с командой специалистов не могли его поймать! Или они что-то упускали?

— Это Збруев, — проговорил Ярослав, стряхивая небрежно невидимую пылинку с рукава.

В холле высотного здания, где располагался офис политической партии Павла Канарейкина, сейчас было пусто. Два охранника расхаживали с металлодетекторами нового поколения, а маленькие дроны отслеживали каждое движение сотрудников. Сюда нельзя было просто зайти и выйти: карты-ключи, сканеры сетчаток глаза, отпечатки пальцев — система безопасности на таком уровне, что даже полиция не смогла бы зайти, если только по постановлению и специальному разрешению. Он все предусмотрел, тратил огромные деньги на защиту своей семьи, однако лазейку его враги все же нашли!

— У одного Збруева нет столько денег, — процедил Паша, сжимая кулак, отчего Степанова вздрогнула и отступила.

— Не парься, он мировой дядька, — шепнул ей Гадик, озорно подмигивая, — у Тохи классный батя.

— Да уж, — поежилась Наташа, отводя взгляд, и принялась рассматривать андроида на рецепции.

Продукт современных технологий принимал звонки и отвечал на вопросы с настоящей доброжелательностью. Если не знать, кто с тобой разговаривает, можно принять его за человека. Тем более, что от людей андроид отличался лишь набором микросхем в голове и маленьким USB-портом на затылке для подзарядки. Внешняя оболочка полностью копировала образ молодой привлекательной женщины: в рассеянности обратишься — не сразу поймешь разницу. Лишь извечная улыбка на губах да холодный взгляд серебристых глаз могли натолкнуть на подозрения.

— Партия «Свобода и право», чем могу вам помочь? — вновь и вновь повторял андроид, не отрывая пустого взгляда от стеклянных раздвижных дверей.

— Меня пугают эти штуки, — протянул Ярослав, наклоняя голову. — По молодости, помню, фильмы один за другим выпускали про восстание машин.

— Вот с тех пор у тебя половина мозга и отказала, — фыркнул Павел, бросая взгляд на задумчивого Андрея Радова, который до сих пор не сказал ни слова. — Что думаешь? Есть у нас шанс прижать хоть кого-нибудь из шайки Збруева или Донского? Вот руку на отсечение даю, они повязаны с Копейкиным. Одна ведь партия.

— Не-а, — покачал головой Радов, глядя на свои смарт-часы, будто кого-то ждал. — Слишком мало для подачи заявления. Их адвокаты нас раскатают, как асфальт по трассе. Извините, Павел Александрович, Ярослав Марсельевич, мне идти надо, — он пожал мужчинам руки и поспешил к выходу.

— Куда он? — удивился Ярик, а Кенар лишь отмахнулся, пытаюсь вникнуть в то, что пыталась ему объяснить Наташа, показывая непонятные столбцы цифр на экране ультра-планшета. Он взглянул на время и цокнул языком, похлопав Павла по плечу. — Ладно, развлекайся с детишечками. А я поехал. У меня еще лекция в университете. Дети ждут моего опыта и знаний!

— Мерзких студентиков будешь учить рисовать голых баб по памяти?

— Попрошу побольше уважения, это твои будущие избиратели!

Павел заинтересованно наклонил голову и спросил:

— А что, за меня голосовать будут?

— Нравишься ты им, Павлик, — Ярослав поправил галстук друга и улыбнулся. — Понятия не имею чем. Ты жуткий зануда и просто ужасный человек.

— Какие хорошие студенты, — расплылся в улыбке Канарейкин, почти не слушая Тасманова. — Надо будет пожертвовать им денег. На саморазвитие и все такое. Как я люблю умных детей!

— Да ты ненавидишь детей.

— Заткнись, гиена престарелая. У меня, между прочим, звание «Отец года»!

— Тебе его дали за три миллиона пожертвований в фонд «Одинокие матери».

Они бы еще поспорили, но отвлеклись, когда Наташа удивленно выдохнула рядом:

— Ого, он же с моим братом учится.

Заинтересованные мужчины повернули головы словно по команде и уставились туда, где стоял Андрей. Прозрачные стеклянные двери не скрывали ничего происходящего у входа, потому, когда к Радову подбежал маленький мальчик лет семи-восьми, Паша первым открыл рот и дернул лучшего друга за рукав пиджака.

— Это мальчик?

— Да вроде не девочка, — неуверенно ответил Ярослав и посмотрел на Наташу. — Кто это?

— Вроде его сын, — пожала плечами Степанова, утыкаясь опять в экран ультра-планшета. — В школе как-то пересеклись. Его мать какая-то там актриса кино и сериалов.

??????????????????????????

Тасманов вновь посмотрел на Радова, который попытался приобнять мальчика, однако тот увернулся и дернулся в сторону, сказав что-то в ответ родителю. Отношения у них явно были далеки от идеальных. Павел с любопытством вытянул шею, стоило Андрею потянуть сына в сторону подъезжающего автомобиля, и вздохнул.