Ну, возможно, еще помог чертов кролик. Очередное видео, где пушистый гад насмехался над Канарейкиным, махая плюшевой лапой с экрана, помог принять решение.

— Тебя посадят и расстреляют.

— Знаю, — пробормотал Татошка, пробираясь к одному из столбов. Именно они служили солнечными батареями, преобразующими энергию света в водород, являющимся бесконечным источником питания для щита. Это была слепая зона для дронов, к тому же, Антону надо было находиться рядом, чтобы управлять ими через Герундия.

— И меня посадят. За взлом, — стенало цифровое изображение Наташи, пока она пыталась обойти защиту сервера.

— А где Вадик? — спросил Канарейкин, осторожно подходя к нужному месту. Дроны медленно поднялись выше, сканируя местность за щитом и считывая показатели со стел, фиксируя данные. — Ребят?

Молчание затянулось и Татошка недоуменно уставился на запястье, глядя на изображение Наташи. Она кусала губу, постоянно оглядываясь через плечо, пока голос Марка не раздался в правом ухе из динамика крохотного блютуз-вкладыша.

— Наша мисс хакер перехватила твое сообщение и удалила раньше, чем оно попало ему на ящик.

— Почему? — недоуменно поднял брови Антон, сжимая крепче запястье, и раздраженно вздохнул. — Какого рожна, Тасманов?! Опять твои игры?

— Не игры, обычная перестраховка.

— От чего?! — рявкнул Канарейкин, а затем догадался сам. Тасманову даже не пришлось оправдываться. За себя все сказало виноватое выражение лица Натальи. Антон усмехнулся и покачал головой, проведя ладонью по лицу.

— Это не он, — процедил Татошка упрямо.

Глупости какие, он был уверен в ошибке. Вадим Красовский считался редкостным гадом среди даркнетчеков, но никак не предателем. Тем более, в свое время очень помог семье Канарейкиных, когда помог вычислить Вальдемара Хроменко с подельниками [1]. Тогда они едва не погубили карьеру Елисея, бизнес отца. К тому же Вадик всегда выручал Антона, как в случае с взбесившейся «Тесла». Какой ему резон подставлять друга? У Татошки было мало верных людей в кругу знакомых, и уж точно Красовский прошел тщательный отбор.

— Мы ничего не знаем, Антон, — попыталась вмешаться Наташа, с сочувствием оглядывая Татошку. — Просто проверяем всех.

— Не он, — процедил Канарейкин, сжимая пальцы в кулак и удержавшись, чтобы не ударить по щиту.

— Правда? — язвительный голос Марка прозвучал в динамике. — Нельзя найти крысу, которая ищет себя сама.

— Бред, — гаркнул Татошка и резко поднял голову, услышав шум неподалеку. Дроны среагировали на посторонний шум, потому пришлось замолчать. — Вадик бы не стал так делать. К тому же зачем?

— О, наивное дитя поколения Х. Миллионы людей продаются и покупаются за комфорт. Предложи кому-то миллион долларов, он сделает для тебя невозможное, — фыркнул Тасманов, сам не понимая, как сильно режет тупым ножом по нервам своего собеседника. Даже одергивание со стороны Степановой не заставили Марка замолчать.

— Ты можешь поклясться, что никогда не обсуждал с Вадимом свое детство? И не приходило ли тебе в голову, зачем парень так настойчиво рвался работать с Павлом Александровичем?

Ответов на это не нашлось, зато Наташа прервала беседу и проговорила:

— Я подключилась. Загружаю приложение на твои смарт-часы. Сможешь подключиться к дронам и управлять ими через Герундия.

Спор закончился не начавшись, поэтому Антон просто отключился от связи и принялся за работу. С Мэскэлем он поговорил несколько часов назад, когда вовсю началась подготовка к празднику. Если план удастся, у них получится сбежать из поседения раньше, чем их хватятся. Военные призваны не только защищать людей, но и стелы позади поселка. Они много значили для этого народа.

Щит стоял именно для памятников, он помогал сохранить оставшиеся камни в первозданном виде и не дать суровому климату уничтожить их. А солдаты были обязаны делать все возможное, чтобы культурное достояние никак не пострадало в случае бомбардировок.

Приложение открыло Татошке доступ к дронам, вплоть до информации, которую они получали с поверхности земли и камней. Обработка данных занимала меньше минуты и поступала в готовом виде на сервера музея. Стоило только подключиться к камерам, Канарейкин сразу же увидел обломки одной из стел в траве — именно их сейчас снимал один из аппаратов.