— Разведчики?
– прошептал Фаллион.

— Не все вирмлинги злые, — прошептал Дэйлан Хаммер. Не у всех из них внутри есть змеи, и хотя их учат, что нужно желать одного, они сопротивляются этому учению. Они жаждут мира так же, как и мы. Эти немногие здесь — друзья.

Фэллион посмотрел на Тэлон, который, казалось, был шокирован. Вы знали об этом?

Она покачала головой. Я не знал, что король нанимал таких существ.

Пока вирмлинги говорили, Коготь начал переводить. Говорят, что дорога впереди опасная, и они боялись попытаться добраться до замка. Говорят, к Люсаре приближается орда змей, орда настолько огромная, что город не может ей противостоять. Другая орда уже на Кантуляре.

Фаллион кивнул. Взятие Кантулара, похоже, было тщетным поступком. Люди Люциаре захватили его утром, а к полуночи змеи снова получат его.

Вирмлинги-разведчики закончили передавать сообщение, и король кивнул и махнул своим людям боевым топором вперед.

Итак, люди вышли из деревьев и папоротника и не могли больше прятаться. Люди короля бросились бежать, и маленькая дорога наполнилась светом, когда светлячки Сизеля пронеслись рядом с ними, облако зеленого огня.

Вдруг сзади послышался сдавленный крик Рианны, и Фаллион обернулся и увидел, как что-то огромное и темное расправило крылья. Он сидел на сгибе дуба, а теперь ветка покачивалась и колыхалась, как на сильном ветру.

Внизу по горе послышались другие крики, странные и мерзкие, похожие на крики умирающих крестьян, и внезапно к ним полетели Вечные Рыцари.

Теперь это была просто гонка: люди короля мчались по ровной дороге, взывая о помощи на своем странном языке, а три Рыцаря Вечных летели к ним, словно истребленные вороны.

Сиядда бежал впереди Фаллиона. Внезапно она споткнулась обо что-то на дороге. Она упала в клубок, и Фаллион увидел, что это мертвец, разведчик, не успевший добраться до замка.

— Фэллион, — крикнул Джаз, — дай мне немного света!

Фаллион стоял над Сияддой и полез внутрь себя, испытывая искушение бросить смертельный огонь, но вместо этого произнес гораздо более слабое заклинание. Он послал в воздух нимб, мерцающий шар раскаленных газов, который не столько ослеплял, сколько открывался.

Вечный Рыцарь в кроваво-красных одеждах пикировал к убегающему королю Урстоуну, тонкий черный клинок рыцаря был направлен королю в спину.

Джаз опустился на одно колено, вытянул стрелу до конца и отправил ее в размытие. Рыцарю попало в живот, на шесть дюймов ниже грудины.

Вечный Рыцарь взвыл от горя, как раненый медведь, затем слегка отклонился и рухнул на землю всего в футах впереди Сиядды.

Со стен замка, от защитников, спрятавшихся в тенях за зубцами, раздались радостные возгласы, и Фаллион почувствовал легкий трепет надежды, осознав, что они так близки к безопасности.

Он и его друзья бежали с новой силой.

Но другие Рыцари Вечных разразились воплями ярости, и они удвоили свою скорость.

Фэллион почувствовал, как на него окутало заклинание, невидимая рука. Оно проникло внутрь него, схватило тепло, которое он там хранил, и начало тянуть.

Ткач огня здесь, — понял Фэллион.

Фаллион не стал сражаться с этим существом.

Он позволил теплу уйти, хотя это означало бы, что у Джаза не будет света, чтобы видеть. Вечный Рыцарь поглотил жар, воображая, что его собственные силы превосходят силы Фаллиона.

Они были всего в двухстах ярдах от стены, затем в ста пятидесяти. Фаллион услышал позади себя стук тяжелых крыльев.

Он развернулся, потянулся мысленно и вытянул энергию из Вечного Рыцаря. Огонь кружился с неба извилистыми нитями, и прежде чем рыцарь успел среагировать, Фаллион бросил его в сторону существа ярким огненным шаром.

Джаз развернулся, упал на одно колено и выпустил еще одну стрелу. Рыцарь вскрикнул, как проклятый, и отступил.

Стрела устремилась вверх и вонзилась под крыло рыцаря всего в нескольких дюймах от плеча.

Фэллион ждал, чтобы услышать предсмертный крик существа, но оно только неуклюже направилось к деревьям.

Промах, — понял Фаллион, и его сердце упало.

Стрел, которые благословила Миррима, было мало, и из-за наложенного на них проклятия их древесина гнила. В другой день они были бы ни на что не годны.

Дайте мне больше света! Джаз плакала.