— А у тебя есть планы на лето? — быстро вставила Потёмкина. — Может, обменяемся телефонами?

— Конечно, с удовольствием.

Записав номера девушек и оставив им свой, я направился к выходу. Открыв дверь, неожиданно столкнулся с парой парней. Кажется, я их видел в коридоре, только они стояли в другую аудиторию.

— Смотри, куда прёшь! — огрызнулся один, высокий и широкоплечий, коротко стриженый блондин с россыпью веснушек и маленькими свиными глазками.

Похоже, ему сегодня не повезло. Впрочем, он и не походил на любителя литературы. Наверняка подал документы на филфак, потому что поступить на технический шансов вообще не было. Выходит, не совсем права была Потёмкина: совсем тупых никуда не берут, какого бы пола ты ни был.

— Могу посоветовать то же самое, — ответил я холодно.

— Чего?! — скривился парень. — А ну, повтори!

— Ты тупой или глухой? — улыбнулся я, прикидывая, какова вероятность, что этот придурок — аристократ.

— Давай-ка отойдём вон туда, — указал здоровяк на ближайший переулок. — И я тебе объясню, кто из нас слепой.

— Ты или вы оба? — ухмыльнулся я.

— Мне не нужна помощь, чтобы тебя отделать! — задрал подбородок атлет. — Мой друг просто постоит на стрёме, чтобы мне не помешали выбивать из тебя дух.

— Ну, тогда идём. Я как раз хотел размяться после долгого сидения.

Парень расхохотался и двинул в сторону переулка. Его приятель пошёл следом. Он остался на углу, а мы сделали десяток шагов и оказались в тени среди мусорных баков, которые заполняли расположенные поблизости рестораны.

— Ну, что, готов расстаться с зубами, дебил? — скривился здоровяк, хрустнув костяшками пальцев.

— Нападай, — приглашающе махнул я рукой.

— Как скажешь!

Издав короткий низкий рык, парень кинулся ко мне. Довольно быстро, надо отдать ему должное. Кулак просвистел перед моим лицом, словно кувалда. Отклонившись, я резко выбросил ногу, ударив противника в болевую точку чуть пониже бедренного сустава.

Мой противник выругался и сделал шаг назад. Охнул, нахмурился и снова ринулся в драку. Правда, уже не так ретиво: повреждённая нога подводила. Передо мной замелькали кулаки, но избегать попадания было не так трудно. Улучив момент, я врезал подъёмом стопы здоровяку в затылок. Он полетел вперёд и упал на выставленные руки. Ещё один удар пришёлся ему по рёбрам. Вскрикнув, мой соперник повалился на брюхо. Попытался встать, но упал обратно.

— Сука! — выдохнул он.

А затем задрал футболку и вытащил пистолет! Это было не по правилам, но его это явно не волновало. Здоровяк сдвинул предохранитель и взялся за затвор, чтобы послать патрон в ствол. Ждать этого я, конечно, не стал. Ударил носком ботинка снизу вверх, выбив оружие. Пушка отлетела к мусорным бакам. Наклонившись, быстро врезал парню в челюсть. Голова его мотнулась, глаза закатились, и он рухнул на асфальт, приложившись о него затылком.

Распрямившись, я повернул голову, чтобы посмотреть, что делает его приятель, и в этот момент раздался металлический лязг, а затем — тихий хлопок, что-то сильно ударило меня в бок, и я сразу ощутил жжение. А спустя миг увидел направленный на меня пистолет с глушителем.

Проклятье!

В голове мелькнуло, что это вовсе не случайная драка, а самое настоящее покушение! И эти двое явно дожидались, пока я выйду из ресторана, чтобы со мной столкнуться.

Хлопнул ещё один выстрел. На этот раз я успел отскочить, и пуля прошла мимо. Сложив пальцы в мудру, я прошептал заклинание, и с моих пальцев сорвалась молния. Она ударила второго убийцу одновременно с тем, как третья пуля вошла мне в бедро. Парень превратился в головешку и рухнул на асфальт. Поскольку он успел зайти в переулок, с улицы этого никто не заметил, но надо было убираться, причём быстро.

А с этим у меня как раз были проблемы. Из ран обильно текла кровь, и её нужно было остановить, пока я не потерял сознание. В то же время я не имел никакого желания отправиться в больницу, где пришлось бы объяснять, откуда у меня дырки в теле.

Кроме того, нельзя было оставлять свидетеля, который мог опознать меня — только не после того, как я использовал магию. Так что первым делом я подошёл к лежавшему без сознания здоровяку и вонзил вакидзаси ему в грудь. Парень захрипел, изогнулся в предсмертной судороге, засучил ногами и замер. Вытерев о его одежду клинок, я отковылял подальше и оказался во дворе-колодце. Из него попал в следующий, почти такой же. Чего-чего, а в подобных лабиринтах недостатка в центре столицы не было. Там я присел на землю, оторвал рукав рубашки и перетянул бедро. Затем соорудил тампон, который прижал к ране в боку.

Теперь надо было обдумать ситуацию и решить, что делать. Попали в меня обычными пулями, свинцовыми. Значит, это не было операцией Охранке по ликвидацию мага — в таком случае по мне палили бы освещёнными золотыми пулями, разрушающими энергетическую структуру. И это уже радовало. Убить попавшие в меня кусочки металла не могли: чародеи устойчивы к обычным боеприпасам и довольно живучи. Но заняться ранами всё равно надо. И убраться отсюда, как можно быстрее. Есть, конечно, надежда, что, обнаружив в переулке тела, прохожие решат, что двое слишком сильно поспорили, но прибывшая на место преступления полиция сообразит, что в дело замешан маг, и немедленно вызовет жандармов. Которые приедут вооружённые до зубов, и в их пушках будет не свинец, а золотые пули. И они могут не удовлетвориться версией, что в разборке участвовали только двое.

Вытащив телефон, я набрал номер Князя. Тот ответил спустя три гудка.

— Да, Владимир, здравствуй. Как экзамен?

— Отлично. А вот потом случилось кое-что неприятное. Я сейчас в каком-то дворе с двумя дырками в теле.

— На тебя напали?

— Угу. Мне бы скрыться, да побыстрее, пока охранка не нагрянула.

— Хорошо. Опиши, где ты находишься. Как можно подробнее. Я пришлю за тобой.

Через минуту я выдал всю информацию, которой обладал.

— Жди, — коротко сказал Князь и отключился.