– Я учту.

Мне нужно выносить отсюда свою горящую пятую точку, а то будет беда. По сути, прав, опять же, он. Ему нужно то, что ему нужно. Личный помощник - правая рука. Но я его ни в чем не подвела сегодня. Кроме меня никто грязи не видел, и я никому рассказывать о ней не собираюсь. Его я пиццей накормила и кофе напоила. Важное письмо принесла. По загривку только не погладила, чтоб этот лев мурлыкал, а не рычал, ага.

Но сплетни по офису собирать такое себе. И кого он имеет ввиду под компетентными сотрудницами? Веру Петровну что ли? Так она мне еще в первую неделю работы как облупленного сдала. Разве что про татуировку не рассказала.

И тут меня словно бес в ребро ужалил.

– Классная татуировка, кстати.

– Какая из трех?
– иронично смотрит мне в глаза и удобнее раскидывается на диване, приобретая расслабленую позу.

Даже так? Я усмехнулась, опустив взгляд.

– Видела всего одну. Но если это входит в мою компетенцию как второй жены, раздевайтесь.

Сказала и аж свело что-то внутри от того, что именно только что прозвучало.

– Смело. Тогда дверь запри, иначе Полина, как я понял, имеет магические способности врываться в кабинет отца без предупреждения.

– Мой косяк. Это я ворвалась без предупреждения, Поля просто шла за мной и ускорилась. Если бы она пришла и я ее видела - она бы не попала внутрь без моего вам звонка.

Похоже он только сейчас осознал, что я во многом права. И если не дурак, то понял, что его швабра всех подставила... и проиграла.

Новицкий поднимается с дивана и идёт к двери, запирает ее.

– У Тима тоже там внизу тату, тебе нравится скорпион? Это он тебя вдохновил?

– Эмм... Нет. Мы с Тимом никогда не говорили про татуировки. Еще когда учились разве. Тогда у меня было желание, но не было денег, а Тим сказал, что девушку татуировки не красят. Так что не думаю, что он бы одобрил...

Хотя странно. Если у него есть тату, почему он осуждает желание других сделать себе? Хмурю брови. Что-то здесь не сходится.

Новицкий улыбнулся, но ничего не сказал. Просто вернулся к дивану и сел. Зато пальцы медленно, но уверенно расстёгивали пуговки на рубашке.

– Ты можешь выбрать любую тату, я отвезу тебя к лучшему мастеру.

Он что, правда раздеваться начал? У меня на щеке, кажется, проступило пятно, и скула дернулась. Ляпнула на свою голову. Дура, вот дура!

Умом понимаю, что нужно открыть рот и остановить это. Но язык прирос к небу. И я так и стояла и молчала, пока он не снял рубашку.

Встал с дивана, повернулся ко мне спиной, демонстрируя тату на левом крыле.

Я сделала шаг вперед на инстинктах. И на тех же инстинктах коснулась чернил, оставивших этот рисунок на его коже. Провела подушечкой пальца по льву, который сторожит красивый, похожий на лилию, цветок.

– Красиво, - сказала негромко, рассматривая детали. Лилии символизируют женщин, и так же часто - смерть. Сложить дважды два не трудно. Наверное, он сделал ее в честь своей первой жены.

– Продолжаем?

– Зависит. Где третья?
– откуда в голосе усмешка и почему я до сих пор не заикаюсь - не знаю. Как и не знаю, почему до сих пор трогаю его. Это вожделение какое-то просто.

Мозг! Ау? Ты здесь вообще?

– Вторую рассматривать не будешь?
– тянется к ремню на брюках.

– Насмотрелась уже, - отрезаю твердо.

Хотя я даже не рассмотрела что там. Но второй раз я лицезреть его там не хочу. Губительно для психики.

– Тогда к третьей доступа увы нет, чтобы ее увидеть, нужно снять брюки, - улыбается и берет рубашку.
– Всплеск храбрости прошел?

– Слишком много обнаженки для одного рабочего дня, - пытаюсь максимально неловко отшутиться.
– Может, как-нибудь в другой раз.

Не скажу же я ему, что я в его присутствии мозгом не думаю. И что вся энергия собирается в виде жара и пульсации не там, где нужно. Я видела достаточно для того, чтоб ночью поскулить в подушку. И разорвать отношения с Тимом. Потому что я очевидно больная и не сильно порядочная.

– Надеюсь, теперь у тебя есть больше информации о боссе. Все удовлетворило?

Я не поняла, на что он намекает, но уточнять не решилась. Потому что мне показалось, что я итак по скользкой дорожке хожу.

– Есть что-то еще, что я должна знать?
– отвечаю вопросом на вопрос.

– Когда я много работаю, предпочитаю остаться с ночёвкой здесь. Когда я молчу и не реагирую на вопросы, это не значит что я не слышу. Когда опаздываю на работу, значит мои встречи нужно скорректировать. Когда я прошу быть со мной честным, то не терплю обмана.

Именно на последнюю фразу был сделан особенный уклон.