– Приветик! – кивнула она Лексу. – Можешь меня поздравить! Я успешно сдала первый экзамен!

– Ого, поздравляю! – Лекс дружески чмокнул ее в щечку. – А у нас первый экзамен будет летом.

– У нас тоже. Но я досрочно сдала!

– Круто.

– Да, но не очень, у нас половина студентов, как я.

– Все равно круто.

– Угу. Отметим?

– Эм-м… Конечно…

Энтузиазма в тоне Лекса не было никакого, и Тик-Тик сразу это почувствовала:

– Ты чего хмурый?

– Я не хмурый, я растерянный, – признался Лекс. – Был дома, а там все исчезли.

– Как «дома»? – ахнула Тик-Тик. – Как «исчезли»? Дома – в смысле там, где родился? А как ты туда попал, нам же нельзя ходильничать… Тебе разрешили, да? Весь твой город исчез, да?

Лекс рассказал, что был он всего-то в своей могиле, на родном Пущинском кладбище. И исчезли не люди – люди как раз наличествовали, хоронили кого-то и тэ-дэ, как обычно. Исчезли его друзья, мертвяки.

– Даже здорожа я не нашел, представляешь?

– Его могли вызвать в Небесную Канцелярию, – неуверенно предположила Тик-Тик. – А остальные что, реально все сгинули?

– Кроме Алинки.

– А, это твоя подружка, про которую ты соврал, что она кукла! И что она говорит?

– Она молчит. Похоже, и впрямь превращается в куклу, – вздохнул Лекс. – Или раззыбится скоро и сгинет.

Тик-Тик задумалась, склонив голову набок. Верхний крючок на блузке – поньк! – не выдержал.

– Ой, прости, прости, – Тик-Тик смущенно прикрыла руками высвободившиеся из плена части тела. – Ничего не могу поделать, оно само растет, когда я чем-то обеспокоена. А одежда не увеличивается.

Лекс никак не прокомментировал это признание, и Тик-Тик продолжила:

– У меня еще ничего, только верх пухнет. А у нас у одной девушки слабое место – жопа. Чуть что – брюки по швам трескаются, вообще стыдоба.

Лекс припомнил, что как-то раз видел в студенческой столовой тетку с аномально выраженной грушевидной фигурой. Между тем обеспокоенность Тик-Тик, видимо, сошла на нет – в самом прямом смысле «видимо»: блузка теперь была ей впору.

– Может быть, я потом запишусь на курс по моделированию своего трупо-тела, – чирикала Тик-Тик, увлекая Лекса вдаль по коридору. – Говорят, это не очень сложно, но первокурсников туда берут с неохотой. И ты знаешь…

– Куда ты меня тащишь?

– В библиотеку.

– Зачем?

– Узнать, были ли случаи массового сгинивания остатушек с кладбищ.

– Остатушек?!

– Так в старину ласково называли всех нас – всех, кто после смерти остался как бы жить. То есть нежить. Мы на «основах жизни» учили. Которые я как раз уже благополучно сдала!

– А.

Библиотека Подпущинского университета похожа одновременно и на библиотеку, и на запасник музея, поскольку кроме огромного количества «биб», то есть книг, по большей части старинных, тут хранятся и «лио», и «тек». Лио в переводе с латыни – «белить». Так называется очищенная, как бы выбеленная информация, источник, который потом сотни раз перевирается, попадая в книги и газеты. Ни Лекс, ни Тик-Тик понятия не имели о том, кто и как добывал лио, а о том, что представляет собой «тек», вообще и близко не ведали. Какака заявил, что им всем до тека, как до профессорской мантии. Лет через тысячу может быть. Проехали, забили, забыли! Ладно, забыли…

Лекс и Тик-Тик не умели пользоваться ящиками с лио, да и нужные книги подыскивали с трудом. К счастью, в библиотеке обитали хранители, к которым всегда можно было обратиться. Пройдя высоченные двери с тремя парами ручек – в метре от пола, на уровне двух с половиной метров и ближе к потолку, – Лекс и Тик-Тик оказались в зале размером с футбольное поле. В целом тут царил хаос. Описать его легче легкого. Представьте себе среднестатистическую старинную библиотеку, строгость и чопорность которой наводит на кого тоску, на кого почтительную дрожь. Теперь удалите на минуту потолок и свалите с него сотни коробок, брошюр, фолиантов, манускриптов, свитков, глянцевых журналов и отдельных листов бумаги – черновиков и беловиков. Пройдитесь по всему этому потоком ветра… Готово!

– В прошлый раз я откопала хранителя вон между теми шкафами, под кучей папирусов, – шепнула Тик-Тик.

– А я нашел его вон там, на лестнице, у третьего яруса, – Лекс указал в прямо противоположном направлении.

– Чем могу помочь?

Хранитель волшебным образом вырос за их спинами. Он был тощ, сух и зелен и походил на молодой обезвоженный огурец.

– С одного кладбища недавно разом исчезли все нелюди, – начала Тик-Тик. – Даже местный здорож. Мы ищем книгу, в которой описано нечто похожее.

– Отдел фантастики расположен двумя этажами ниже, – сухо ответствовал «огурец». – Могу проводить вас к лифтам.

– Это не фантастика, это на самом деле, – возразил Лекс. – Мы хотели бы найти описания и объяснения аналогичных случаев.

– Такого не бывает, – отрезал «огурец». – Это фантастика. Низкопробная. Впрочем, вся фантастика не заслуживает внимания тех, кто всерьез собирается заниматься наукой.

И он решительно направился прочь.

– Клянусь! – с жаром крикнул ему вслед Лекс. – Я сам видел!