Из всеобъемлющего, пропитанного алкоголем шума капитан появился также неожиданно и гармонично, как и ушёл в него. Он поставил на стол две кружки и сел напротив герцога, спиной к сцене.

– Есть какая-то технология, согласно которой нужно пить ром? – поинтересовался Франц, заглядывая в кружку.

– Ну разве что только от души, – усмехнулся Каракатица и первым сделал большой глоток.

– А то в прошлый раз мне тоже пришёлся случай угоститься, но, кажется, я всё запорол.

– А-а, ты про тот раз? – пират сел полу боком, между словами потягивая алкоголь, – в первый раз мало у кого получается хорошо сделать что-либо. Это нормально, – мужчина однобоко улыбнулся и наклонил голову, – поэтому сейчас я предоставил тебе второй шанс, так что вперёд.

– Ты ждёшь? – наивно спросил де Висконти.

– Я жду, – утвердительно кивнул капитан.

Франц выдохнул и поднял кружку. Он поднёс её к губам и…

– Но если я напьюсь, то ты сам меня понесёшь, – сказал юноша и стал ждать реакцию.

– Договорились, – не сдавался пират.

Тогда герцог кивнул и сделал пару глотков, а потом ещё недолго морщил лицо. Каракатица на это только рассмеялся. Но де Висконти уже был полон азарта. Следующий глоток у него вышел уже лучше, что отметил и капитан.

– Ого, ты уже всё? – посмотрел на него Франц.

– Как видишь, – довольно улыбнулся пират.

– А…

– Нет, ты должен допить это сам, – покачал головой Каракатица, предугадывая вопрос.

– Ладно, – побеждённо кивнул герцог.

«Итак, дорогие господа флибустьеры, час пробил, теперь над вами буду издеваться я!» – прозвучало со сцены. На ней стояла женщина в полосатом платье, жена хозяина кабака. Именно она разыгрывала каждую ночь бутылку рома из личных погребов хозяина.

– А что нужно сделать, чтобы получить? – тут же спросил юноша.

Каракатица только кивком головы указал на сцену, чтобы герцог внимательнее слушал. Оказалось, нужно ответить на каверзные вопросы. Казалось бы, какая интеллектуальная авантюра может произойти в таком заведении? Но все полупьяные пираты проявили нешуточный интерес, подняв свои бритые головы.

– А я напомню наши правила для уже слишком пьяных забулдыг! Победит сегодня тот, кто лучше всех знает дам! – женщина хитро улыбнулась, поправила свои волосы в мелких кудряшек, небрежно завязанные в платок, и стала ходить по сцене, чтобы её было слышно из каждого уголка.

Де Висконти помнил, что у него есть сестра, значит, о женщинах он точно что-то знает. Да и что ему стоит победить этих безграмотных плебеев!

Так юноша думал вплоть до того момента, пока все присутствующие не начали отвечать быстрее него, зачастую перекрикивая друг друга. Судя по реакции Каракатицы, а точнее по её отсутствию, де Висконти принял правила игры. Пират же никогда не участвовал в этом, сколько сюда не приходил. Сохранить лицо холодного и расчётливого ему было важнее, чем в пьяном угаре потом драться за бутылку. Да и сам он считал, что уже не так молод для этого.

– Тогда вот вам каверзный вопрос! – кричала со сцены женщина, – где лучше всего знатной даме спрятать свой нюхательный табак?

– В груди! – выкрикнул кто-то осипшим голосом.

– Не-а, – хохотала Сильвия, так звали женщину, – на этот раз ты ошибся, Бобби! А оставалось так мало до победы!

Она уже потрясла над головой призовой бутылкой рома. Тогда возгласы с ответами стали доноситься всё чаще, но никто до сих пор не угадал.

Франц вдруг вскочил с места и громко, что было силы, выдал:

– Бутоньерка!

Сильвия отвлеклась от пиратов и стала смотреть по головам:

– Кто это сказал?! Кто?!

– Бутоньерка, – уже спокойнее произнёс юноша, полностью уверенный в своём ответе, и поднял руку, чтобы быть замеченным.

Женщина аж просияла и замахала руками:

– Правильный! Правильный ответ! Выходи скорее сюда, счастливчик!

Де Висконти чувствовал себя очень неловко, но держал лицо, поэтому вышел на "сцену". Сильвия вручила ему заветную бутылку:

– За счёт заведения!

И теперь, со "сцены", Франц заметил изумлённый взгляд Каракатицы, который, как только был замечен, сразу же сделал вид, будто бы не пялился секунду назад на победителя сомнительной лотереи.

Под громкие возгласы, свист и улюлюканье побеждённых юноша спустился со сцены и со звоном от толстого стекла поставил бутылку на столик.

– Это… это тебе, – тут же растерял весь свой пыл юноша.

Пират развернулся лицом к собеседнику и неплохо сыграл удивление:

– Ух ты, мне? Спасибо, Ласточка.