Пират оживился и даже сел, а потом подвинулся ближе к герцогу. Он немного отодвинул свои чёрные волосы и показал ухо, на котором висела серьга в виде заострённого меча:

– Вот, смотри, серебро.

– Вижу, – констатировал де Висконти.

– Отныне и всегда серебро, – утвердительно кивнул мужчина.

– А…

– В команде все пусть носят что хотят, это я для себя так решил.

– Понятно.

– А у вас мужчины золото носят? – вдруг поинтересовался Каракатица.

– Нет, парики, – слегка обиженно произнёс юноша, полагая, что снова вызовет смех.

– Интересно, – задумчиво ответил на это пират.

– Нет, по правде, перстни золотые носят на пальцах, – добавил Франц, как бы извиняясь за предыдущую фразу, – мне тоже должен такой достаться. Должен был…

– Так ты этот, – удивлённо посмотрел на пленника пират, – принц что ли?

– Не совсем, – даже улыбнулся де Висконти, – но я сочту за комплимент.

– А кто тогда?

В глазах капитана теперь виднелось неподдельное любопытство. Он даже повернулся телом к собеседнику.

– Я герцог. По титулу, – пояснил юноша, – когда я женился бы, то отец передал бы мне титул и наследство.

– Тысяча чертей! Ты не врёшь? Скажи что-нибудь на аристократическом, – с азартом продолжал мужчина.

– Соизвольте заметить, что Вы ввели меня в замешательство, поэтому мне лишь велено свыше промолчать, чтобы не усилить этот конфуз, – пролепетал герцог.

Они с пиратом посмотрели друг на друга, а потом вдруг оба рассмеялись.

– Во даёт! – похлопывал по плечу юношу Каракатица, – сказал, так сказал!

– Благодарю Вас, – пожал плечами де Висконти.

– Ха-ха, да брось! – продолжал смеяться пират.

И Франц чувствовал, что это совершенно беззлобный смех, он не несёт в себе издевательского подтекста, к чему юноша уже точно привык в светских кругах. Этот смех его явно столько же удивлял, сколько радовал.

– Так что, ты с невестой уже определился? – стал возвращаться к разговору Каракатица, – как я погляжу, перстня на тебе ещё нет, так что ты ещё холост.

– Всё верно, – подтвердил де Висконти, – только я даже не помню, как зовут мою невесту.

– Это как так?

– Родители сказали, что обо всём уже договорились, мне оставалось только пойти с ней к алтарю, – без особого сожаления говорил герцог, – но Вы разрушили все планы.

– Какой я молодец, – усмехнулся пират, – я за свободу выбора в этом вопросе.

– Это интересная позиция.

– Франц, а ты сам то хочешь жениться? – подпёр голову рукой мужчина и намеревался внимательно выслушать ответ.

– Никто не задавал мне прежде этот вопрос, – серьёзно задумался юноша, – я застишнут Вашим напором врасплох.

– Ну так что?

– Я думаю, что нет. Теперь мне вообще предстоит понять, чего я хочу, а чего нет.

– Помню, как тоже задавал себе такие вопросы, – по-доброму усмехнулся Каракатица и раскинул руки, – и вот к чему меня это привело!

– Вы хотите сказать, что эти мысли не ведут ни к чему хорошему? – наивно спросил Франц.

– Ну-ка повтори, – грозно посмотрел на пленника пират.

– Простите… – сжался де Висконти.

Чтобы совладать со своим гневом, Каракатица встал и стал шагать по каюте.

– Ты ничего не понимаешь, – говорил он, – сейчас я обрёл ту свободу, о которой так мечтал! Это мой корабль, это моя команда, и я плыву куда захочу, понятно тебе?!

– Простите… – снова выдавил из себя юноша и уже был готов заплакать. Неужели он зря доверился капитану?

Каракатица хотел выругаться ещё, но заметил до чего довёл своего пленника, поэтому немного остыл. Он сел обратно и сменил тон на более спокойный:

– Тебя такая свобода не привлекает, если я правильно понял?

Франц просто кивнул и сдержал слёзы, сделав глубокий вдох.

– Хорошо, давай так, – Каракатица прочистил горло и снова сел поближе, – ты помогаешь мне с моей целью, а я тебя после отпускаю домой. Идёт?

– Да, я согласен, – тихо сказал юноша.

Пират протянул руку и взял нож, но герцог только лишний раз оторопел.

– Ладно, будем без этого, – мужчина откинул клинок в стену, отчего дорога ткань в качестве обшивки мигом лопнула.

Герцог тихо ахнул от этого, но быстро отвёл взгляд.