— Послушайте, — устало заговорил Раиф, — что вам нужно?

Такой его ответ явно разозлил обоих мальчиков. Один из них, стоявший ближе всего, строго приказал:

— Перестань вилять хвостом перед наставником, словно уличный пес.

— Вы делаете это только потому, что сами не смогли добиться его расположения?

— Ты не мог его впечатлить! — Грозно закричал второй ребенок. — У тебя нет ничего, чем бы ты мог его удивить. Ты всего лишь неудачник, который год сражался против манекена! Скажи честно, ты использовал деньги ради этого?

Раиф сначала растерялся. Чего-чего, а обвинения в использовании денег он точно не ожидал. Какие деньги в его-то положении? Внезапно осознание глупости этих мальчишек вытеснило из головы все удивление. Раиф, не сдержавшись, захохотал во весь голос, пока его обидчики лишь удивленно хлопали глазами, смотря на него.

— Вы еще помните по какой причине сделали из меня неудачника? — Раиф, резко перестав смеяться, нахмурился. — Откуда у меня деньги на такое?

Мальчишки переглянулись, а затем и сами усмехнулись.

— А здесь ты прав, — отвечал один из них. — Денег ни у тебя, ни у твоей жалкой семьи точно нет.

Упоминание семьи ситуацию лишь усложнило. Раиф, снова позабыл про свои чувства и начал крепко сжимать кровавые ладони в кулаки.

— Не говори об этом, — гневно зашипел он.

— Даже твоя сестра изгой, — продолжал наговаривать мальчишка. — Я слышал, что ее игнорируют все преподаватели, как будто она прокаженная.

— Моя сестра лучше любого неудачника как вы.

Это оскорбление явно разозлило мальчишек. Тот из них, что стоял ближе всего, внезапно замахнулся кулаком. Раиф, заметив это, отреагировал быстрее. Cхватившись за протянутую к нему руку, Раиф потянул ее в сторону, поставил подножку и швырнул на землю противника так, что тот буквально со всей силы ударился лицом о землю.

Гневно хмурясь, и пытаясь сдерживать хотя бы часть своих накипевших эмоций, Раиф сказал:

— Не смейте позорить мою семью. У вас на это нет никакого права.

***

— Ты понимаешь, что подобное недопустимо в нашем учебном заведении? — Не я это начал.

Раиф, не поднимая головы, смиренно стоял напротив стола директора академии и вот уже полчаса выслушивал обвинения в свой адрес.

Один из виновников случившегося находился неподалеку. Он стоял справа от стола директора и довольно поглядывал на двух участников этой бурной дискуссии. Сейчас из его носа торчала вата, остановившая кровь после того резкого падения лицом в землю. На щеках также виднелись царапины, но помимо этого никаких особенных повреждений больше не было.

— До чего дойдет академия, — возмущался директор, — если ученики будут безнаказанно нападать друг на друга посреди бела дня?!

Раиф уже не отвечал. Порядком уставший, так и не залечивший раны на своих руках после предыдущей тренировки, он просто отсчитывал секунды до того момента, пока директор не успокоится и не отпустит его. Когда-то же это все должно было закончиться?

— Родители Сариуса уважаемые люди. Какова будет их реакция, когда они узнают, что их сына избил какой-то…

— Кто? — Ральф резко поднял голову, будто сразу пробудившись от этого вопроса.

Директор — мужчина средних лет в очках, с небольшой сединой на голове из-за постоянного стресса и морщинами в области лба, сразу притих. Взглянув в глаза насторожившегося мальчика, он прокашлялся, и чуть тише добавил:

— Какой-то мальчишка. Я не смогу смотреть им в глаза.

— Вы переживаете за реакцию его родителей больше, чем обо мне? Этот вопрос вызвал еще больше удивления, ведь он ставил директора в очень неудобное положение. Но не успел мужчина ничего ответить, как входная дверь в кабинет внезапно открылась и на пороге появился сам наставник рыцарей — Кальт Феран.

Казалось, наставник пришел сюда не просто так. Его лицо выглядело взволнованным еще до того, как он успел осознать ситуацию. Учащенное дыхание, недоверие — он явно уже что-то знал.

— Что происходит? — еще с порога спросил Кальт.

— А, мистер Феран. — При виде гостя директор сразу расплылся в довольной улыбке. — Входите, входите. Мы как раз остановились на вопросе выбора наказания для виновного.

— Виновного? — удивленно повторил Кальт, закрывая за собой дверь. — Да, Раиф поступил очень жестоко по отношению к своему одногруппнику.

— Директор, указав рукой на мальчика, стоявшего перед ним, укоризненно нахмурился. — Думаю, в этом случае будет достаточно отстранения от занятий и выплаты компенсации за причинённые неудобства не только пострадавшей в этом деле семье Сариуса, но и академии.

— Компенсации? — возмутился Раиф. От одной мысли о деньгах его невозмутимость пропала. — Эту ссору даже начал ни я! Я просто защищался!

— Защищались вы или нет, — отвечал директор, — но повреждения на теле Сариуса явно показывают, кто именно из вас пострадал.