Бутч и Кэссиди вышли из противоположных кулис под звуки "Прощания славянки". Легко поклонившись залу и отпустив Димыча, присели.

– Дорогие мои, - начал Бутч.
– Прежде всего, с праздником вас и спасибо за то, что пришли провести с нами часок-другой.

– Я присоединяюсь к пожеланиям моего драгоценного брата, - включился Кэссиди.
– Жаль, что мы не успели познакомиться раньше, но и сейчас, надеюсь, еще не поздно. Вы, конечно, одними из первых ощутили преимущества системы взаимного страхования. Теперь это наше первое скромное начинание приносит плоды и мы ожидаем большого наплыва туристов этим летом. А туристам сервис подавай, в том числе и ваш. А он, как на беду, все еще не организован...

Эстафету подхватил Бутч:

– Мы посовещались и решили предложить вам следующий план: создается товарищество "Амур", которое подписывает договор с "Эс-Би-Кей-Си Ингертейнментс". По договору наша сторона обеспечивает товариществу места работы, охрану, медицинское обслуживание и страхование. Кроме того, члены товарищества получают все социальные права служащих концерна: соцстрах, страхование жизни, пенсионный фонд и фонд развития, льготы во всех дочерних фирмах концерна.

Тут снова вступил Кэссиди:

– Само собой ясно, что за "так" ничего не бывает. После подписания договора концерн вправе требовать соответствующего уровня обслуживания и, в случае необходимости, взимать штраф с виновных. За свои услуги концерн получает 30 процентов комиссионных, и все вышеперечисленные фонды также находятся в ведении банка "Белая акация". Во избежание недоразумений, каждый член товарищества подписывает индивидуальный договор с концерном сроком на один год...

– Простите, пожалуйста, - встала высокая интересная блондинка во втором ряду партера, - а на хрена нам это надо? Товарищество, договора и прочая по...ень?

– А потому все это необходимо вам, милая барышня, что все, абсолютно все: и горожане, и туристы - перейдут на безналичную форму расчета. А вы как думали?

По залу прошел гул,

– Так что, красавицы, момент назрел, а процесс пошел. С праздником вас, - подытожил Кэссиди.
– Регистрацию пройдете в фойе.

VIII

Переход на безналичную систему вызвал в столице шок. Открыто угрожать, впрочем, не решились, лишь вызвали Ивана Антоновича и Боярского на разборку. Министр финансов прикинулся убежденным заверениями Боярского в жизнеспособности ЭРЕ - экономической расчетной единицы.

На территории города хождение наличных было прекращено. Каждый гражданин получил новое удостоверение личности - пластиковую карточку с впечатанной фотографией и кодовым банковским номером, необходимым при расчетах.

В конце марта в городе прошла всемирная конференция финансистов и экономистов. Необычайно сумрачный Боярский принимал поздравления и дал интервью Си-Эн-Эн. Бутч и Кэссиди были представлены как генеральные советники по безопасности, но особого интереса ни у кого не вызвали. После закрытия конференции они крепко выпили и под аккомпанемент Штейнбокова исполнили арию мистера Икса; "Всегда быть в маске - судьба моя!"

Как-то апрельским утром, ближе к полудню, Бутч вошел в гостиную и, зевая, обнаружил абсолютно одетого, выбритого и бледного Кэссиди. Все пепельницы в комнате были уже переполнены. Бутч поморщился, распахнул окно и, потягиваясь, спросил:

– Что, Феденька, репка?

– Скучно-то как, Господи.
– Голос Кэссиди прозвучал деревянно.

– Жопой чую, мы эту скуку еще вспоминать будем со слезами на глазах, Бутч даже не мог себе представить, насколько он был близок к истине.

День, шел как заведено. Во время завтрака Бутч вспомнил, что сегодня день рождения Кэссиди, и полез целоваться. Штейнбоков срочно соорудил небольшие празднества: военные катера в порту дали почетный залп из 24 орудий, на бульваре, недалеко от особняка, начал играть духовой оркестр, на вечер был назначен дружеский ужин в ресторане "Ольвия" и фейерверк.

... В "Ольвии" был заказан отдельный кабинет. Компания собралась узкая: Бутч, Кэссиди, Димыч и две девушки. Девушки, по выражению Бутча, были из "эскорта", профессионалки. С Бутчем была Лола по прозвищу "Иняз", жгучая брюнетка испанского типа. Кэссиди уже довольно давно выходил в свет с Леной - "Васей". Все выглядели весьма пристойно. Штейнбоков остался без пары и Бутч указал ему на это.

В отличие от Бутча и Димыча, одетых с обычной элегантностью, Кэссиди был одет свободно - белая шелковая блуза и черные брюки. Выглядел он неплохо, хотя и поправился за последнее время. Облобызались. Лола затянула поцелуй несколько дольше принятого. Сели за стол, и тут Лена, покраснев от смущения, преподнесла Киду свой подарок - запонки и заколку с его монограммой. Бутч усмехнулся и подмигнул Кэссиди: прозвище Лены Васильевой основывалось не столько на ее фамилии, сколько на способности влипать в различные истории, как-то: влюбиться в клиента. Кэссиди был польщен и растроган.

Меню определял Бутч, в "Ольвии" была французская кухня. Из общего зала доносилась негромкая приятная музыка.

– Хорошо играют, - заметил Кэссиди.
– Особенно сакс.

Бутч и Димыч переглянулись.

Не узнаешь?

– Кого?

– Сакс.

– Откуда?

– Помнишь, тогда, на яхте?

– А, тот самый парень?

– Он здесь солирует. Неплохо катает?

– Очень даже.

После еды, расслабленные и удовлетворенные, перешли в курительный салон и расположились в глубоких кожаных креслах. Лола тесно прижалась к Бутчу и ласкала его ухо язычком. Лена присела на ковре у ног Кэссиди и смотрела на него, не отводя глаз.