Феникс смотрит на меня как на идиотку.

– Так мы только усугубим ее положение. Тебе это известно.

Но чем дольше мы молчим, тем больше потворствуем жестокому обращению.

– Этот кусок дерьма уже и так выйдет из себя, когда полицейские позвонят и спросят о Куинн. На мой взгляд, мы ничего не теряем, если скажем им правду.

Но, опять же, Феникс и правда не очень совместимы.

Из его груди вырывается неприятный звук… И он подходит к бару.

– Как то, что ты напьешься, поможет Куинн? – огрызаюсь я, когда он хватает бутылку виски.

Феникс откручивает крышку и делает глоток.

– Это поможет мне.

Может, он и не алкоголик в привычном смысле и не пьет каждый день, но тот факт, что всякий раз при возникновении трудностей он пьет, чтобы справиться с ними, доказывает, что у него серьезная проблема.

– Не выбирай легких путей, как твоя мать. Не принимай поражение. У тебя есть шанс помочь сестре.

Мои слова только больше злят Феникса, и его лицо мрачнеет.

– Помочь ей? – Я подпрыгиваю и вскрикиваю, когда бутылка со свистом проносится мимо моей головы и разбивается о стену. – Я, мать твою, даже найти ее не могу.

Мое сердце колотится с бешеной скоростью. Все, чего я хочу, это успокоить его.

– Мы найдем ее.

Куинн – умная девочка. Быть может, она поймет, что защищать маму – не самое верное решение, и вернется.

– Даже двенадцати часов не прошло. Дай ей немного времени…

Феникс резко обрывает меня.

– И что потом? Что дальше? Она вернется в дом отца, где он продолжит избивать ее до полусмерти. – Он широко раскрывает руки. – Но, эй, по крайней мере, наша мама ее не бросила.

Сделав резкий выдох, причиняющий боль, я прижимаю руку к ноющей груди.

Я стараюсь не осуждать людей, хотя я тоже человек и временами не могу удержаться.

Но сколько бы ни пыталась убедить себя, что эта женщина заслуживает моего сочувствия, я никак не могу осознать то, что она оставила своего сына в трейлере с человеком, который его избивал… и разыскивает дочь, чтобы вернуть ее в руки тирана.

Родители не безгрешны, но предполагается, что они должны желать лучшего для своих детей.

К сожалению, Куинн и Фениксу никто не протянул руку помощи.

Сокращая расстояние между нами, я глажу его по щеке. Знаю, что ему больно, страшно и он в отчаянии, но он все еще может спасти свою сестру.

– Даже если Куинн вернется, ты все равно сможешь вытащить ее оттуда. У тебя куча денег и возможность нанять лучших адвокатов.

Но даже не будь у него этого, я знаю, что Феникс нашел бы способ защитить ее.

Как я уже говорила Куинн, он самый упрямый и решительный человек, которого я когда-либо встречала. И он всегда получает желаемое.

Поднявшись на цыпочки, я притягиваю его лицо так, чтобы соприкоснуться лбами.

– Ты справишься. И Куинн повезло, что теперь у нее есть ты.

Жар проникает в меня и оседает между ног, когда его рот захватывает мои губы.

Из Феникса вырывается стон, и он углубляет поцелуй. Одной рукой крепко обхватывает мою шею, а другой сжимает задницу, пока ведет меня назад, где мы падаем на кровать. Нависая надо мной, он двигает бедрами, прижимаясь к теплому и ноющему месту.

Его поцелуй отчаянный и неистовый, а на вкус он как жвачка с корицей… и виски.

Я напрягаюсь, потому что до сегодняшнего вечера Феникс никогда не заставлял меня чувствовать одну эмоцию.

Страх.

И не тот, что является результатом надуманных образов… А тот, который возникает, когда думаешь, что тебе угрожает физическая опасность.

Он был так близок. Так чертовски близок.

Феникс поднимает голову. В его голубых глазах плескается замешательство, когда он смотрит на меня.

– Что не так?

Мое сердце хаотично стучит в горле.

– Промахнись ты хотя бы на сантиметр, бутылка виски попала бы в меня.

Он открывает рот, но не произносит ни звука. Его лицо искажает потрясение… а затем стыд.

– Я не думал… – Он проводит большим пальцем по моей щеке. Его прикосновение невероятно нежное, словно я сделана из стекла. – Я бы никогда не причинил тебе боль, Леннон.

Это ложь, потому что он уже сделал мне больно. Однако сердцем я понимаю, что Феникс никогда бы не поднял на меня руку в порыве гнева.

Но знаки на то и знаки. Они предупреждают: если будешь продолжать делать то, что делаешь… Случится нечто ужасное.