Заметно обеспокоенный Джордж переводит взгляд с меня на стену.

– Что между вами происходит? Знаю, что вы раньше встречались, но… – Он замолкает, и стук наконец прекращается.

Мне приходится закусить внутреннюю сторону щеки, поскольку затишье длилось недолго.

Отводя взгляд, я снова сосредотачиваюсь на курице и брокколи.

– У нас был очень короткий роман еще в старшей школе, но это ерунда.

– Кажется, он так не считает. – Выражение лица Джорджа меняется. – Просто хочу убедиться, что не иду по ложному следу.

Мне хочется сказать ему, что я не добыча, которую нужно преследовать, но он выглядит таким искренним, и у меня не хватает духу ему грубить.

– С моей стороны нет никаких чувств. – Кроме крайней враждебности. – Если именно об этом ты беспокоишься.

Кажется, теперь ему стало легче, и Джордж улыбается.

– Хорошо.

В отличие от одного подонка, я ценю честность, поэтому говорю правду:

– Но я не ищу ничего серьезного. Учитывая ситуацию с отцом, мне просто не хватит сил на отношения.

– Понимаю. И я не против развивать события с любой выбранной тобой скоростью. – Он придвигается ближе. – Просто хочу продолжать узнавать тебя. Потому что я получаю удовольствие от нашего общения.

– Я тоже.

Мало того, что Джордж уравновешенный, добрый и адекватный, он, кажется, искренне интересуется мной и относится со всем уважением.

Именно поэтому я не отталкиваю его, когда он наклоняется…

И неприятный стук изголовья возобновляется с удвоенной силой.

Я бросаю взгляд на стену.

– Сейчас пойду и придушу его.

– Кстати, об убийце настроения, – бормочет себе под нос Джордж. – Почему бы нам не пойти в мою комнату?

В его комнату… где мы будем целоваться.

А может, и нечто большее.

Бах. Бах. Бах.

– Пожалуйста, не пойми меня неправильно, но сегодня выдался долгий день, и я устала.

И это не совсем ложь. Иметь дело с Фениксом изнурительно, и мне нужно выспаться.

К счастью, Джордж не сердится из-за моего отказа и не настаивает.

– Без проблем.

Я провожаю его до двери.

– Мне было весело.

– И мне тоже.

Наступает неловкий момент, который всегда случается в конце свидания… Хотя я не уверена, что сегодняшний вечер можно считать таковым.

Джордж, должно быть, думает иначе, и, когда я тянусь, чтобы обнять его, он наклоняется для поцелуя. Что только придает ситуации еще больше неловкости, потому как в итоге все оборачивается странным полуобъятием, прежде чем его губы касаются моих, и мы обмениваемся очень быстрым и очень целомудренным поцелуем.

– Напиши мне, чтобы я знала, что ты благополучно добрался до дома, – шучу я, пытаясь снять напряжение.

Попытка срабатывает, потому что Джордж посмеивается, пока идет по коридору.

– Обязательно.

Мгновение спустя он исчезает в своей комнате, а на мой телефон приходит сообщение.

Джордж: Хорошо поболтали.

Леннон: Согласна.

Джордж: Поспи немного.

Оставив телефон на тумбочке, я раздеваюсь, чтобы забраться в кровать.

Милая, безопасная территория – то, что мне нужно.

Я натягиваю футболку с Papa Roach через голову, когда меня охватывает желание присоединиться к веселью.

Схватившись за изголовье, я несколько раз изо всех сил ударяю им о стену.

А затем стону. Громко.

Получи, говнюк.

* * *

Меня пронзают крошечные вспышки удовольствия, пробуждая ото сна. Я зажмуриваюсь, когда горячий, влажный язык Феникса нежно ласкает мою плоть, и не желаю просыпаться, несмотря на то, как сильно ненавижу Уокера в реальной жизни.

Потому что в моих фантазиях он не тот придурок, который меня предал.

В моих мечтах он никогда не причинит мне боль.

В моих грезах… он заставляет меня кончать сильнее, чем когда-либо прежде.

– Феникс. – Мой голос опускается до гортанного шепота, когда я сжимаю свою грудь.

Я провожу рукой по телу, чтобы просунуть ее между ног и придать больше реализма маленькой фантазии.

Меня пробирает резкая дрожь, когда пальцы касаются длинных шелковистых прядей. Шок приковывает меня к месту, как только я открываю глаза.