Он сошел с ума, черт возьми?

– Что ты только что сказал?

– Ты меня слышал, – процедил Каллум сквозь зубы. – Даже не пытайся это отрицать. Калли видел ее, она видела ее своими собственными глазами.

– Калли видела... Серьезно, чувак, я понятия не имею, о чем ты говоришь, – я провел рукой по лицу, гадая, не очнулся ли я в какой-то параллельной реальности.

Что, черт возьми, произошло прошлой ночью?

– Я не понимаю, – сказал Каллум, выражение его лица смягчилось. – Калли сказала, что она пришла сюда и увидела Викторию в твоей одежде.

– Я одолжил ей рубашку после того, как моего отца стошнило на нас обоих. Она приняла душ у меня, а потом я сказал ей, чтобы она уходила. Я был не в лучшем состоянии.

– Значит, ты ее не трахал?

– Ты что, издеваешься надо мной? Я по уши влюблен в твою сестру. Какого хрена я стал бы подвергать опасности... О, черт, Калли думает... – мое сердце подскочило к горлу.

– Да, теперь ты понимаешь, о чем я. Очевидно, что Виктория выставила все так, будто между вами двумя что-то произошло.

– Блядь, – паника охватила меня. – Где она?

– Кто, Виктория?

– Нет, не Вик, придурок. Калли, – мой голос сорвался. Мне нужно было найти ее. Мне нужно было найти ее и все объяснить.

– Она провела ночь с Джози. Я не уверен, что тебе стоит туда идти сейчас. Она была очень зла.

– Я не могу поверить, что она думает, что я... трахнул... – я прислонился к стойке, мой гнев уступил место сокрушительному поражению.

– Посмотри на это с ее точки зрения, – Каллум поморщился. – Она пришла сюда, чтобы побыть с тобой, а Виктория открыла дверь полуголая, в твоей рубашке, ведя себя так, как будто вы двое...

– Да, ладно, – оборвал я его, не в силах больше слушать это. Я понял, понял. Но я не мог сдержать разочарования, охватившего меня при мысли, что она больше не верит в меня.

– Нужно время, – сказал Каллум, будто услышал мои мысли. – У вас двоих есть своя история... Она упомянула Хэллоуин, – в его голосе слышался упрек.

– Я... э-э, да... Мы виделись на прошлый Хэллоуин, – это было так чертовски неловко.

– Виктория сказала кое-что... Думаю, то, чем ты не делился с ней. Поэтому тебе нужно выяснить, откуда она знает, потому что, если ты с ней не разберешься, это сделаю я, – его глаза горели, было видно, что он яростно готов защищать сестру, но я почувствовал лишь облегчение. Пришло время ему вмешаться и вести себя так, как брат Калли.

– Это было так давно, – сказал я.

– Что?

– Ты, играющий в старшего брата, – мои губы изогнулись в ухмылке, и он сбил меня с толку.

– Да, ну что ж, разбей ей сердце еще раз, и я переломаю тебе ноги. Посмотрим, как ты будешь наматывать круги вокруг меня.

– Чувак, я мог бы бегать кругами вокруг тебя с завязанными глазами и без ног.

– В твоих гребаных мечтах, Мессия, – тихий смех вырвался из груди Каллума, обида и гнев между нами исчезли.

– Должен признаться тебе, чувак, что не так представлял себе ход этого разговора, – я потер затылок.

– Она нужна тебе. Если ты собираешься пережить то, что грядет, то она нужна тебе.

Он имел в виду Деклана; трудные решения, которые в конечном итоге придется принять.

– Так что? Вот так ты даешь мне свое благословение?

– Нет, так я говорю тебе, что если ты не найдешь способ все исправить и сделать мою сестру счастливой, я очень усложню тебе жизнь.

– Становись в очередь, – проворчал я.

– Что?

– Ты еще не знаком с Хавьером, – этот парень был страшен как черт.

– Хавьер? Кто, черт возьми, такой Хавьер?

– Владелец байкерского бара на окраине города. Калли и Джози тусуются там иногда.

– Моя сестра тусуется в байкерском баре?

– Да. И как я понял, он очень привязался к ней.

– Я... Я даже не знаю, что сказать.

– Это хорошо, – я усмехнулся. – По крайней мере, я так думаю, – у Калли были свои люди. Джози. Хавьер. Фрея. Она нашла свою компанию людей, на которых можно было опереться, и я очень гордился той девушкой, которой она стала.

– И все же мне не нравится, как это звучит. Байкерский бар... – он выругался себе под нос.

– Тебя не будет здесь в следующем году, и кто знает, где я окажусь в конечном итоге. Ей нужны люди рядом, Кэл. Люди, которым не все равно.

– Оуч.

– Это не... ты же знаешь, я имел в виду не то, как это прозвучало, – я тяжело вздохнул. – Но после смерти вашей мамы и после отъезда Мэдисон, которая живет своей жизнью, Калли приехала сюда сама...

Выражение его лица вытянулось.