Отстраняясь, он еще раз целует меня в щеку, затем в лоб, прежде чем отпустить обратно в дом.

Он наблюдает, как я захожу внутрь, положив руки на крышу машины.

– Скажи Рио, что если он испортит кофе, пусть закажет тебе доставку!

С легкой улыбкой на лице я закрываю за собой входную дверь, зная, что мужчина за дверью доставит мне кофе меньше чем через тридцать минут.

Приемный покой клиники по лечению бесплодия не сильно отличается от больничного. Белые стерильные стены, ужасно мягкие сиденья, устаревшая дубовая мебель и журналы полугодовой давности. Я сижу, держа свои документы на подпрыгивающих коленях, и жду, когда назовут мое имя. Время для этого приема было выбрано как нельзя лучше, но поскольку хоккейный сезон подходит к концу, мне нужно быть готовой сразу после окончания плей-офф, будь то на следующей неделе или после очередного финала Кубка Стэнли.

Сегодняшний прием – это просто предварительная проверка, чтобы убедиться, что я здорова и все мои женские органы работают должным образом. Как только закончится хоккейный сезон, я сразу же начну делать инъекции. Честно говоря, я не до конца понимаю всю эту болтовню врачей, но знаю, что этот процесс заставит мои яйцеклетки созревать, чтобы их можно было изъять и заморозить.

В приемной еще три семьи. Одна с новорожденным ребенком, другая с малышом, а третья – пара, которая, похоже, надеется на своего первенца. Я здесь единственная одиночка.

Я не сказала Райану, что у меня назначен на сегодня прием, потому что, честно говоря, я вообще не знаю, стоит ли мне здесь находиться.

Какой в этом смысл без Райана? Да, я всегда хотела детей, но не без него. Это осознание поразило меня сегодня утром, как удар грузовика, когда я садилась в свою машину, чтобы приехать сюда, и сейчас, когда я сижу здесь одна, я продолжаю задавать себе все тот же вопрос.

Если он этого не хочет, хочу ли я этого по-прежнему?

Я уже беспокоилась, что это будет пустой тратой денег, прежде чем узнала, что процедура покрывается страховкой, потому что кто знает, сработает ли это вообще. Но теперь я задаюсь вопросом, не пустая ли это трата времени. Не представляю, как буду делать это без него.

– Индиго Айверс, – вызывает пожилая женщина за стойкой регистрации.

– Это я. – Я поднимаю свои документы и направляюсь к ней.

Она вводит в компьютер что-то из моей информации, а я остаюсь стоять и ждать по другую сторону стойки.

– Как проходит ваш день? – спрашиваю я, пытаясь заглушить собственные мысли.

– Отлично, детка, а у тебя?

– Даже не знаю, что сказать.

Она смеется:

– Нервничаешь, милая?

– Думаю, да.

– Ты сегодня одна?

– Да. – В моем горле образуется комок.

– Вот и молодец, – говорит она, впечатленная, и продолжает печатать, постукивая длинными ногтями по клавиатуре. – Разумно планировать все заранее. Никогда не знаешь, когда встретишь нужного человека.

– Я уже его встретила.

Ее глаза поднимаются над монитором, и одна сторона губ изгибается в лукавой улыбке. Так же быстро ее внимание возвращается к компьютеру, и она щелкает, щелкает, щелкает по клавишам, добавляя всю мою личную информацию в их систему.

– Мне сегодня должны были выплатить доплату.

Она внимательно рассматривает свой экран, качая головой.

– Нет.

– В самом деле? Странно. У меня всегда есть доплата, когда я пользуюсь своей страховкой.

– О, ты не пользуешься своей страховкой.

– А должна была. Не могли бы вы, пожалуйста, проверить?

Щелк. Щелк. Щелк.

– Нет, детка, твой страховой полис ничего не покрывает.

Вы что, черт возьми, издеваетесь надо мной? Я ни за что не смогу оплатить это из своего кармана. Я перестала откладывать несколько месяцев назад, еще в январе, когда мне сказали, что с началом года изменились мои страховые выплаты.

Я выдыхаю и обмякаю всем телом.

– Вы уверены?

– Определенно. Если хочешь, могу показать.

– Нет, все в порядке.

Черт. Я на грани того, чтобы позвонить родителям и попросить ссуду, хотя я обещала себе, что никогда этого не сделаю. Что-то в том, что мне нужна помощь родителей, чтобы создать собственную семью, кажется странным, но сейчас я в отчаянии. Времени откладывать деньги у меня больше нет.

И я снова спрашиваю себя, стоит ли вообще оно этого.

Я нервно тереблю в руках свою дебетовую карту.

– Сколько с меня сегодня причитается?

Щелк. Щелк. Щелк.

– Нисколько. Все полностью закрыто.

– Но вы сказали…

– Не по страховке. Все оплачено несколько месяцев назад с личной кредитной карты.

Он этого не делал.

Закрыв глаза, я повторяю ее слова снова и снова, пока они не доходят до меня. Ей не нужно называть мне имя владельца карты, я и так знаю.

Облокотившись на стойку, я закрываю лицо руками.

– Вы можете сказать мне, когда это было оплачено?