Мел "дремала" пока девица не убралась на достаточное расстояние. Слух изменённых не стоит недооценивать! А потом без разбега, внезапно, расхохоталась так весело и заразительно, что не удержались её престарелые подружки и сама Перси. Они смеялись долго, пока не устали, а Клэр, на правах хозяйки, полезла в свои закрома и притащила бутылку какой-то настойки. Божественной!

Запах, во всяком случае, был такой, что Перси даже носом потянула. Пахло Лесом. В самом лучшем смысле. Душистыми ягодами, травами, с лёгкой горьковатой ноткой. Словно духи. Назвать которые можно было бы просто "Лес".

Старая нёрс увидела движение девочки. Рассмеялась:

– Чего удумала? Рано тебе!

Перси, с запинкой, попросила:

– А можно мне немножко отлить? Совсем чуть-чуть? Обещаю, что не буду пить!

– Зачем тогда?- удивилась пожилая женщина.

– Ваша настойка пахнет Лесом! Квинтэссенция Леса! Вдохнёшь раз, не забудешь!

Перси выпалила то, что было на сердце и замерла от неловкости. Кто их знает, этих женщин? Это Мел любит её и принимает... Кто знает, что эти подумают?..

Нёрс с сомнением поджала губы:

– Зачем?.. Вот он, Лес! Только за ворота выйди... А в нос запахами шибает даже здесь. Ты, может быть, ещё не ощущаешь так... Нет, конечно, нет!.. Ты же не изменённая пока...

Внезапно сдвинула брови. Скорбно. С пониманием:

– Не уйти отсюда, малышка... Не уйти! Брось мечтать и живи тем, что есть...

Но в небольшую бутылочку чудесно пахнущей настойки отлила... А потом нёрс пили её, это настойку. Перси отхлёбывала остывший чай, и молчала, как мышь. Не стоит высовываться, даже если это друзья Мел. И так выставилась!

Беседа пожилых нёрс, между тем, вертелась вокруг пациентов, интересных случаев, с какими столкнулись они за зиму, пока не виделись. И неизбежно пришла к Хэду Основного. Мало того, затронула семью Перси.

Началось с того, что Марша, рассказывая о своей практике, упомянула, о тех самых любовницах Хэда Кира. Но только в непривычном ключе. Посетовала, что он заставляет своих женщин травиться сильными противозачаточными, чтобы не оставить для беременности ни единого шанса.

Тут уже Клэр тягостно вздохнула и призналась, что Кир был натурально зациклен на женщине Атарика. Вынашивал какие-то планы.

– Прости меня, Мел. И ты Ра. Я прикинулась дурой и сделала вид, что случайно проговорилась в конце прошлого лета. Сказала ему, что умирает твоя мама. Чтобы не лез. Дал ей дожить спокойно.

Мел помолчала. Ответила тихо:

– Правильно сделала. Спасибо. Нам ещё только того горя не хватало!..

Перси молчала, опустив голову. Клэр кивнула на неё:

– Берегите девочку, Мел. Отправляй её к Хоррору. Не тяни. Кто знает, что придёт в его дурную голову?..

Теперь Мел кивнула, приняв к сведению. Спросила:

– Раз уже речь зашла... Я понять не могу. Детей других "он" не хочет. И парня своего к Хоррору не пускает. На что он рассчитывает? Или не хочет, чтобы его Алекс "наследовал"?

Клэр скривилась, как от зубной боли:

– Хочет! Тянет только!

– Зачем?- изумилась Мел.- Сколько парню?

– Скоро восемнадцать. Время есть ещё. Немного, но есть.

– Так зачем тянуть?

Клэр бросила взгляд на Перси. Вздохнула:

– Боится, что что-то нарушится там в гениальных мозгах мальчика во время мутации. Хочет, чтобы он ему новый прорыв Барьера организовал напоследок. Давит.

– А он может?- напряглась Мел.

Марша фыркнула:

– Подозреваю, что да. Легко. Но отказывается все эти годы. Придумывает, что защиту не просто усилили, а принципиально изменили.

– Почему?- нахмурилась Мел.

Обе нёрс Основного Лагеря замялись. Врачебная тайна, она такая... В любые времена, и в любом месте... Наконец, Клэр негромко заговорила, словно о той самой тайне. Хотя, может быть, так оно и было...

– Он обманул мальчика. Сказал, что они идут просить помощи. Он ведь в стороне был от бойни, там где какой-то силовой узел. Потом он, конечно, показал ему... Бедный ребёнок! Сколько ему было тогда? Тринадцать?.. Это потом Кир сказал своим, что у сына случился небольшой "нервный срыв" от радости из-за того, что идея его удалась... Он сам вырубил его. А уже здесь избил. Сильно. Переломал всего... И нам запретил помогать.

Нёрс опустила глаза и скорбно продолжила:

– Я ходила пару раз. Смотрела, чтобы внутреннего кровотечения не было. Или сломанные ребра не проткнули лёгкие. Он даже перебинтовать их не позволил... И не смотри так, Мел! Что я могла? А так хоть под присмотром был!

Мел жёстко бросила:

– Ты могла созвать других хэдов и рассказать!

Вмешалась Марша. Непривычно строго:

– Очнись, Мел! Она не дожила бы до того собрания! А мальчик подтвердил бы что угодно! Что он упал с лестницы, или избил себя сам! Да, любой бред!.. Всего-то нужно было бы сказать ему, что несколько человек умрут, если он откроет рот неправильно!..