Я чуть было не начала будить шефа, чтобы поделиться с ним этим соображением, но тот как раз приоткрыл один глаз.

— По вашему учащенному дыханию слышу, что вы додумались: по первоначальному плану рубиновый гарнитур, скорее всего, подменять не предполагалось. Это инициатива Точило. Молодец, Аня, начинаете мыслить, как сыщик.

Я аж слюной подавилась. Ну шеф, ну и котяра!

— … Потому я и волнуюсь за Кривоклюва. Наш организатор мошенничества явно не промах. Если он возьмется заметать следы, проще всего ему этого ювелира прикончить. Тогда можно на него и Точило все свалить.

— То есть вы уверены, что это не Кривоклюв организовал? — спросила я.

Шеф хмыкнул.

— Я уверен, что это организовал Маккорман. Очень уж хорошо все сходится. Да и знаю я его тягу к красивым камушкам… Осталось придумать, как это доказать… ну или поймать его с поличным. Опасаюсь я, что даже если Точило решит дать против него показания, он все равно отопрется. Уж больно умен, шельма.

Ну и ну!

— Так что, — продолжил шеф, — не отвлекайте меня более, я буду думать. А лучше почешите за ушком. Это способствует кровоснабжению мозга.

К особняку Ореховых мы подъехали уже совсем на закате, когда воздух сделался пленительно розовым и оранжевым, зажигая дивным вечерним огнем позолоченные осенью ветки берез и слегка порыжевшие клены. В своем уставшем и слегка философском настроении я отметила, как красиво выглядел парк в этом свете. С погодой сегодня повезло. Кроме того, летом, когда я чаще всего приходила сюда в компании Марины, мы обычно уезжали до темноты: темнеет ведь позже…

А вот сейчас я оценила. Парк Ореховых высаживали настоящие профессионалы, учли даже такие мелочи — ну или случайно получилось, что деревья расположены на линии заходящего солнца таким образом, что оно подсвечивает их листву, точно музейные экспонаты на витрине. Те же драгоценные камни.

Тьфу, пропасть, не хочется думать о драгоценных камнях!

Рука сама потянулась к вороту, рефлекторно сжала брошку с голубым топазом. Интересно, сколько раз я сделала за день этот жест и сама не заметила?

В общем, не нужны мне никакие камни, кроме этого! Наелась я ими до сегодня досыта, теперь, наверное, еще год про украшения думать не захочу!

Шефа, конечно, не интересовали ни красоты поддающегося осени сада, ни мои переживания по поводу ювелирного ремесла. Он все размышлял насчет Маккормана — благо, прогулка от поста охраны до входа в особняк давала ему на это достаточно времени. (Он специально велел отпустить извозчика у ворот, хотя мы могли бы доехать до самого крыльца).

— Положительно, я практически уверен, что прав насчет друга Фергюса, — рассуждал вслух мой пушистый начальник, принюхиваясь из открытой сумки к вечерним запахам. — Так, отлично, танцы и фуршет еще в самом разгаре, успею урвать тех аппетитных креветок!

Я вздохнула: меня лично на креветки не тянуло. Сейчас бы чего-нибудь наваристого, сытного, вроде вареной или жареной картошки с куском среднепрожаренной говядины… а если рыбы, то, например, трески в кляре! Что там креветки — на один укус! Даже те здоровенные креветки, которые подают у Ореховых, и которых нужно сбрызгивать лимонным соком и окунать в специи, прежде чем есть. Да и с панцирем их сражаться, пачкая пальцы и чувствуя себя глупо… Не понимаю шефа.

Впрочем, у генмодов немного другие стандарты хороших манер: Мурчалов спокойно придерживал креветку лапой прямо на тарелке и слизывал нежное мясо.

— Но, — продолжал рассуждать Василий Васильевич, — есть один немаловажный нюанс. Почему сейчас? Фергюс работает на Ореховых не первое десятилетие и даже не второе. Даже если допустить, что он всегда был нечист на руку, он мог бы спокойно продолжать обкрадывать их еще долго. Однако он решил провернуть этот демарш, после которого, конечно, не мог бы уже оставаться на службе…

— Почему не мог? — рассеянно спросила я. — Ведь если бы Юлия Макаровна не подменила третье украшение, то, как вы сами сказали, Ореховы бы еще долго не узнали о мошенничестве.

Треска в кляре стояла передо мной во всей своей овеществленной славе. Я даже начала ощущать ее запах. Вряд ли на фуршете найдется такое блюдо, но, может быть, если заскочить на кухню, то окажется, что для слуг приготовили нечто наподобие?..

Нет, насколько я знаю, слуги в торжественные дни едят то же, что и господа, просто не так роскошно оформленное…

— Потому не мог, — отозвался шеф, — что все равно быстро выяснилось бы: украшения заказывал Маккорман. Это, знаете ли, не то дело, на которое даже самый распрекрасный секретарь мог бы пойти без санкции хозяев! Вообразите, что вы заказали для Васьки детский кулон из чистого золота с бриллиантами за мой счет, не сообщив мне об этом!