– Прости меня, Стефания.

– Что? – я оцепенела от услышанного.

– Просто выслушай меня и не перебивай. Я знаю что мне недолго осталось. Я попросил врача не говорить об этом Эллис, – голос был хриплый, еле слышный, мне приходилось прислушиваться, чтобы разобрать его слова. – И единственное, что я хотел бы сделать перед смертью это извинится перед тобой. Прости, дочка, что не смог стать для тебя настоящим отцом. В двадцать лет, молодой паренек думал, что сможет принять тебя и полюбить как родную, но мое нутро не смогло… как бы не старался, перед глазами всегда был он.

– О чем ты говоришь? – в горле образовался ком, я не сразу поняла о чем он пытался объяснить. Но когда волна понимания настигла меня обрушив всю свою тяжесть, голова закружилась, а ноги и руки стали ватными.

– Я не твой отец, Стефания. Ты не родная мне, твой биологический отец… другой человек. Когда я женился на Эллис, она уже была беременна тобой и я принял ее, в надежде смогу вырастить тебя как свою родную кровь

.

ГЛАВА 44.

Шел проливной мелкий дождь, тучи заволокли небо темнотой. Мое пальто промокло и становилось тяжелым. На кладбище была угнетающая атмосфера. Небольшое количество людей собралось на похороны Джона Кларка. Его сестра и кузина, приятели с работы и соседи с нашей улицы. В основном все его знали как приветливого и достаточно общительного человека. Лишь наша семья видела его настоящим… Я стояла позади всех, облокотившись о дерево. Священник читал молитву. Мать рыдала без остановки, еле стоя на ногах. За руку ее поддерживала ее сестра Кларисса, которая успела приехать сегодня утром. Моя родная тетка, которая всегда ненавидела Джона и наставляла мать на развод. Алекс не захотел участвовать в этом мероприятии и я была полностью на его стороне, поэтому сейчас он находился у Клауса, пока его родители присутствовали среди пришедших почтить память умершего. Мать настаивала, чтобы Алекс проводил отца в последний путь, но я же спорила, что он совсем еще ребенок и ему не стоит видеть этого. За последние два дня моя мать сходила с ума с бешеной скоростью. Я не понимала что с ней происходит и что нас ждёт дальше. Наши жизни изменятся кардинально. Моя разделилась на до и после еще два дня назад, когда я узнала, что прожила девятнадцать лет под тиранией и издевательствами отца, который оказался совсем чужим мне человеком. Не родным. Не отцом…

Дождь усиливался, поэтому церемонию постарались закончить как можно скорее. Кларисса увела мать в машину, чтобы отвезти ее домой. Второй день мать находилась на успокоительных, почти не разговаривала и не встала с кровати. Похороны организовала сестра отца и кузина, за что мы должны быть благодарны.

– Стефания, дорогая, пора ехать, – ко мне обратилась Кларисса, дотрагиваясь до руки. Моя тетка была доброй и отзывчивой женщиной, у нее были светлые волосы со стрижкой каре и утонченные черты лица.

– Я сама доберусь, – ответила я, повернувшись на нее. Она лишь кивнула, зашагав к машине.

Я осталась стоять под деревом, недалеко от свежей могилы. За эти двадцать четыре часа я выплакала все слезы, которые были во мне. Больше не могла. Я опустошена. Я не понимала, как должна вести себя в такой момент и что чувствовать. Похороны это день скорби, потери и трагедии. А для меня?

Я чувствовала будто, освободилась… Я никогда не желала ему смерти и такого исхода. Не настолько я ужасная. Я хотела чтобы он любил, ценил и уважал меня, как свою дочь. Но как оказалось, все было ни так просто.

Он просил понять и простить его, чтобы ему было проще уйти из этого мира. Я чувствовала, как искренен он был со мной в тот момент. И возможно я могла бы простить его… но не та маленькая Стефания, которой так хотелось, чтобы папа ее любил. Та маленькая Стефания, думала что она плохая и вечно все делает неправильно, поэтому не заслуживает любви папы. А оказалось, что папа смотрел на Стефанию и видел в ней отчаяние и отвращение. Видел в ней человека, который разрушил его жизнь.

Лучший друг, который влюбился в молодую и красивую Эллис, которая никак не обращала внимания на Джона.

Все они учились вместе в одном университете. Джон и Эллис жили по соседству. В их группе появился новенький, который сразу же сдружился с Джоном, они стали верные и преданные друзья. Но Эллисия была той, что стала преградой в их дружбе. Его звали Эрни, он приехал из Мюнхена по обмену. Обеспеченный, молодой, перспективный парень, которому были открыты любые двери в жизни. Эллисия и Эрнест полюбили друг друга. Лучший друг полюбил ту, что жила в сердце Джона и была любовью всей его жизни. Единственной и незаменимой.

У Эрнеста погибла мать, ему пришлось вернуться на родину, но он обещал Эллисии что вернется. Но когда он вернулся, было поздно. Джон и Эллисия поженились. Он увидел их в парке, счастливо гуляющих под ручку с розовой детской коляской. Но Эрнест даже не мог догадываться, что маленькая девочка с пухлыми щечками, может быть его дочь. Он ушел, не став рушить идиллию семьи Кларк. Но он разрушил жизнь маленькой Стефании…

Теперь о своем биологическом отце я знала лишь то, что зовут его Эрнест и живет он в Нью-Йорке. В палате той ночью Джон рассказал мне эту историю. Как принял мать уже беременной, потому что безумно любил и надеялся, что все у них получится. Он поддерживал ее и старался завоевать разбитое сердце, пока она страдала, потому что любимый бросил ее, так и не вернувшись. Но он не бросил… он, писал ей письма каждую неделю, но Джон перехватывал их ранним утром в почтовом ящике, чтобы они не успели попасть в руки Эллисии. Эрнест писал ей о том, как любит и ждёт момента, когда они смогут быть снова вместе, писал о том, какие трудности настигли его семью, и что он не сможет в ближайшее время вырваться к ней, но он обязательно вернется и заберёт ее с собой, ведь жизни своей не видел без нее. Но письма не дошли до моей матери… и она решила, что единственный и любимый бросил ее. А его лучший друг утешал и поддерживал, нагло скрывая правду.

– Девушка, с вами все в порядке? – мужской голос вырвал меня из мыслей.

Я подняла голову и увидела перед собой темноволосого высокого мужчину средних лет. Он был одет в черный костюм дорогого бренда и идеального кроя коричневое пальто. Короткая стрижка и идеальная густая борода. В руках у него были две алые длинные розы.

– Да, – коротко ответила я, рассматривая мужчину. Он подошел к могиле отца, оставляя цветы на земле.

– Вы знали его? – обратилась я к незнакомцу.

– Мы были давние друзья, – мужчина задумался, будто размышлял над сказанным. Его голос был приятный. Спокойный и уверенный.