Настя услышала телефонный звонок и с сожалением закрыла блокнот, который за неделю стал ее любимой игрушкой. Она писала в нем утренние страницы, понравившиеся цитаты, начала делать упражнения из первой недели, просто в течение дня записывала свои мысли «вдогонку», как когда-то строчки стихов мелким почерком в тетради по геометрии… Дано, доказать… Уже не дано, и ничего не доказала. Не те теоремы применяла? Или зря не поверила в аксиомы, которые всегда знала? Ну ничего, сорок не восемьдесят, еще есть время. «Не слишком ли часто в последнее время я говорю, что еще есть время? Ну вот, время – время, какая бездарная рифма. Стремя, бремя, племя – что там еще из школьного правила на – мя?» – усмехнулась она про себя, отвечая на звонок свекрови.

– Настюш, привет! Я на минутку, передать тебе информацию. Помнишь, я говорила, что Наталья Александровна, моя сослуживица бывшая, все лето на даче проводит? У них дача там, где Миша председатель. Место замечательное. Ты же там была? Я понимаю, вы с Мишей не общаетесь особо. Но ты ведь к нему ездила, давно, правда, и тебе место понравилось. Так вот, у младшей дочки Натальи Александровны свадьба, и они в Питер едут на двадцать дней – муж за свой счет еще прихватит неделю. Хотят вспомнить молодость и проехаться везде. У них там свадебное путешествие было когда-то. Они приглашают тебя отдохнуть на даче, сколько захочешь. Там газовое отопление, все удобства. Я помню, что ты не фанат дачного отдыха, но, может, съездишь? Погуляешь, воздухом подышишь. А в качестве платы за постой ты опрыскаешь им деревья и кусты. Она все объяснит, что к чему. Соглашайся, там такой лес хороший! А на участке коллекция всяких луковичных. Ну как? Давай ты подумаешь и мне перезвонишь.

– Теть Рай, я вообще хотела бы поехать, сменить обстановку. Да Антон не согласится, наверное.

– А его ко мне, он не против. Как раз племянник приедет на все праздники, они всегда хорошо ладили, пообщаются.

– Сережа приедет? Здорово! Как он, доволен жизнью в Калининграде?

– Очень доволен. Говорит, Светлогорск чудесный городок. В общем, я тебе скину номер Натальи Александровны, сами договоритесь, где встретитесь ключи передать. Единственное, она немножко занудная, будет тебе все подробно рассказывать. А то и инструкцию вручит, не удивляйся.

– Ну и правильно, мне так спокойнее будет. Спасибо, теть Рай! – говорила она, а сама думала: «Неужели я десять дней буду в полном одиночестве? А ведь я ни разу в жизни не была так долго одна. Ну да, ни разу».

Соседка Ира удивленно посмотрела на Настю с цветком в руке.

– Отдыхать? Молодец, давно пора! Да, давненько я тебя не заливала по самые уши, – весело болтала она, пропуская Настю в коридор и принимая горшок. – С тех пор как ты в санаторий ездила с Антоном.

– На дачу знакомые пригласили пожить, пока они в гостях будут. А Антоша к бабушке поедет.

– Одна? А не страшно? Представляешь: ветер воет, старый дом скрипит, ветки бьются в стекло. А если домовой? Или хулиган какой знакомиться полезет? Или пьяный кто? Праздники, шашлык, все такое. Я бы не рискнула. Ты хоть в Телеграм пиши, ладно? Что жива-здорова.

– Слушай, я и не знала, что ты так умеешь запугивать! Я трусиха вообще-то! Но отказываться не хочу.

Через два дня она уже ехала на такси навстречу десяти дням тишины, одиночества, чтения и занятий по курсу. Было холодно и туманно, а на душе плескалось радостное волнение и предвкушение нового опыта. Товарищество она вспомнила по мягкому изгибу обсаженной березами дороги, проезжая который внезапно видишь чудесную панораму: поле, лес, вдали белая с синим куполом церковь, которая видна только на этом повороте дороги. Ну да, они сюда ездили, когда Мише было двадцать пять лет, тоже весной. Свекрови когда-то дали участок в этом товариществе, она им не заинтересовалась, в отличие от младшего сына, который сам купил в строительной фирме маленький домик и жил в нем при любой возможности. Как раз на этот день рождения свекровь и подарила участок Мише. Пятилетний Антон буквально за день на просторе настолько одичал, что ни в какую не хотел уезжать. «Оставляй», – со смехом сказал тогда Миша раздраженной Насте. Она и так его недолюбливала, считая младшим баловнем судьбы с раздутым самомнением, а после истерики Антоши: «Он разрешил! Я остаюсь! Пока, мама!» – зареклась к нему приезжать. Да и расставание с Игорем не способствовало налаживанию родственных связей. Год назад Настя услышала от свекрови, что жена Миши Стася разбилась на самолете и что он очень переживает. Она все собиралась ему позвонить, но протянула время, а потом звонить с соболезнованиями было как-то нелепо.

Огороженный от дороги невысоким деревянным забором участок оказался на последней линии, прямо напротив большого поля. Дом из лакированного бруса с полноценным мансардным этажом, высокий за счет цоколя, сразу понравился Насте. Она с замирающим сердцем взошла на крыльцо с серыми ступеньками, такое уютное, такое настоящее. Дверь отворилась с легким скрипом, и она зашла внутрь. Пахло сушеной травой. Маленькая прихожая, слева дверь куда-то, прямо – открытая дверь в большую комнату. Там на полу был старый зеленый палас, такой же, какой лежал когда-то у ее свекрови, когда та была для нее просто тетя Рая, мама Игоря, приятеля по клубу собаководов. Игорь как-то незаметно стал другом, потом лучшим другом, возлюбленным, мужем, отцом ее ребенка, потом бывшим мужем, а она так и осталась тетей Раей. «Нужно будет ей позвонить вечером», – подумала Настя, поднимаясь по узкой лесенке на второй этаж. Там были две довольно большие комнаты, одна из которых оказалась с чисто квартирной отделкой: обои в цветочек, белый потолок, малиновый советский ковер, стенка, диван с вышитыми крестиком подушками. От мебели было тесно и как-то пыльно в воздухе. Зато вторая комната оказалась как будто копией того гостиничного номера, в котором она переночевала в своей недавней мечте-наваждении. Здесь была светлая вагонка на стенах и потолке, крашеный деревянный пол, розовые занавески на двух окнах, одно из которых смотрело на поле. У Насти что-то повернулось в груди от вида, который открывался из этого окна. Наверное, в разгар летнего зеленого буйства вид был очень жизнерадостный, но сейчас, в конце апреля, от него защемило сердце – но не от тоски, а от волнения, тревоги и легкой грусти. «Эта комната – прямо то, что мне сейчас нужно», – подумала Настя, выкладывая на круглый стол с большой бамбуковой салфеткой содержимое сумки: телефон, зарядку, блокнот, книжку с курсом, большой набор цветных гелевых ручек и раскраску-антистресс с причудливыми рисунками цветов, животных, мандал и каких-то почти космических пейзажей. Раскраску и ручки подарил на Новый год Игорь, и Насте давно хотелось поразукрашивать ее мелко детализованные сюжеты, но она все не решалась. Кроме темной лакированной кровати, массивного комода и старой белой этажерки, мебели в комнате не было. Пол был очень холодный, как почувствовала Настя, которая опрометчиво разулась внизу. Она достала из зеленоватого чемодана на колесиках теплые носки и войлочные тапочки, меховую безрукавку, постельное белье, пижаму и любимую подушку. Потом вернулась к сумке, нашла инструкцию, улыбнулась: она была на трех страницах формата А4. Так, страница первая: «электричество», «вода в доме», «котел», «где лежат фонарик, свечки, аптечка, средства от комаров». Правильный подход: начать с самого нужного. Видно, что хозяйка служила вместе со свекровью. И она отправилась подключать воду, ставить чайник и разбираться с котлом.

Чай здесь был очень вкусный, наверное, из-за воды. Настя неторопливо прихлебывала из широкой чашки с яркими клубниками, глядя на упаковку из двенадцати мини-пирожных шести сортов. Это Игорь неожиданно заскочил к ней вечером перед отъездом и с порога передал пакет:

– Набор немножко странный получился, как, знаешь, «найди лишнее». Но с перцовым баллончиком мне будет спокойнее. Тебе, в смысле.

Пожелал ей хорошего отдыха и убежал. «Чтобы вопросов не задавали, почему задержался», – решила Настя.

Она улыбнулась, вспомнив содержание пакета: аппетитные пирожные, баллончик и книжка «Поэты русского рока». Угадал с презентом, как обычно. Иногда ей казалось, что бывший муж знает ее вкусы лучше, чем она сама, Настя Перфильева. И всегда ведь так было. Он даже знал чуть раньше ее, когда она устала, проголодалась или хочет в туалет: на отдыхе всегда показывал ей это заведение, когда она еще только начинала осознавать его необходимость.

Перекусив любимым эклером и корзиночкой с грибком сверху, Настя пошла в котельную, немного беспокоясь, сможет ли разобраться с агрегатом. Но, следуя четким инструкциям и глядя на рисунок со стрелочками, у нее все получилось. «Интересно, это я поумнела от глюкозы или просто инструкция волшебная? Вот было бы так всегда в жизни: проблема – инструкция – действие – проблемы больше нет. Или скучно тогда стало бы?»