— Сразу же. Я вспомнила, что рассказала мне Ли про подслушанный разговор Сони с ним. Я просто не в силах представить, чтобы это мог сделать кто-то другой, да и к тому же…

— Да?

— К тому же, эта выходка вполне в стиле Гарсии. Мне всегда казалось, что кровь в его жилах холодная. Он давно по мне сохнет, но сама мысль о том, что он ко мне притронется, вызывает у меня омерзение. Ли уверяет, что он страшно сексапилен, да и Соня была от него без ума, но лично я этого не замечаю. Мне он просто отвратителен. И чего в нём находят все эти женщины!

— А причина?

— Думаю, что Соня ему просто осточертела. Она ведь буквально изводила его своим вниманием. Не отходила ни на минуту. Следила за каждым его шагом. Мужчины сатанеют от такого поведения… — Мисс Сиклифф пристально посмотрела на Аллейна. — Не так ли, мистер Аллейн?

— Боюсь, что не считаю себя знатоком в этой области.

— Ну и, конечно, она окончательно вывела его из себя, изуродовав мой портрет. Представляю, как эта дурёха меня ненавидела. Есть в этом нечто фрейдистское — как чисто сексуальная ревность выливается в надругательство над изображением, символизирующем ненавидимую личность.

— Несомненно, — произнёс Аллейн, с трудом подавив жест нетерпения.

— И ещё я считаю, что Соня собиралась родить ребёнка и требовала, чтобы Гарсия на ней женился. Боюсь, что в какой-то степени тут есть и моя вина.

Вид у Вальмы Сиклифф был покаянный, но в голосе, как показалось Аллейну, мелькнули самодовольные нотки.

— Вот как?

— Да, к сожалению. Ведь, не будь Гарсия так влюблён в меня, ничего этого не случилось бы.

— А я считал, — произнёс Аллейн, — что вас заботит ваше непосредственное участие в случившемся.

— Что вы хотите этим сказать? — насторожилась мисс Сиклифф.

— Как-никак, ведь именно вы сыграли роковую роль, опустив натурщицу на острие кинжала. — Голос Аллейна звучал глухо. — Скажите, мисс Сиклифф, вы не ощутили сопротивления? Не услышали какой-нибудь необычный звук, когда кинжал вошёл в тело?

— Я… Мне не…

— Для нас важно выяснить любые, даже самые мельчайшие подробности её агонии, — сказал Аллейн. — Очень вас прошу — попробуйте вспомнить.

Глаза красотки широко раскрылись, лицо исказилось от ужаса. Вальма Сиклифф затравленно оглянулась по сторонам, потом метнула разъярённый взгляд на Аллейна и сдавленно прохрипела:

— Отпустите меня. Я ухожу.

Фокс встал, чтобы загородить ей дорогу, но мисс Сиклифф оттолкнула его и слепо кинулась к двери.

— Оставьте её, Фокс, — сказал Аллейн.

Дверь с грохотом захлопнулась.

— Что она задумала? — встревожился Фокс.

— Она сбежала! — воскликнул Найджел. — Чего сидите? Свидетельница удирает!

— Не далее, как в туалет, — произнёс Аллейн. — Роковую женщину сейчас вывернет наизнанку.

— Послушайте, Аллейн, — озабоченно сказал Найджел. — За что вы напустились на бедную девушку? Вы ведь намеренно довели её.

— Мне опротивели её напыщенные клеопатринские речи. Одни «нервы, чувствительные, как струны скрипки» чего стоят.

— Но она и в самом деле дьявольски привлекательна. Сногсшибательное создание.

— На самом деле нервы у неё как канаты. И все же, — в голосе Аллейна прозвучало удовлетворение, — мне удалось вывести её из равновесия. Поначалу она изложила все без сучка и без задоринки, а вот затем, по мере того, как мы вновь и вновь возвращались к этой истории, казалась уже все менее и менее уверенной. Когда же я упомянул агонию, она позеленела, как спаржа.

— А разве это не естественно?

— Вполне естественно. Просто мне хотелось сбить с неё спесь. Терпеть не могу роковых женщин.

— Я не согласен, что у неё железные нервы. Ведь ей и в самом деле стало плохо. Значит, она огорчена, переживает.

— Ей абсолютно наплевать на бедную девчушку, которая погибла прямо у них на глазах. Да ещё и психологическую базу подвела! Взяла, небось, «Популярного Фрейда» и вычитала пару умных фраз.

— А мне она показалась на редкость смышлёной.

— Да, ты прав. Голова у неё работает неплохо. И Гарсию она охарактеризовала довольно метко. Что скажете, Братец Лис?

— Вы имеете в виду её слова о том, что в жилах Гарсии течёт холодная кровь, сэр?

— Да.

— Я согласен. В этом, похоже, все они сходятся. Должно быть, так оно и обстоит на самом деле.

— Вполне возможно, — кивнул Аллейн.

— А вдруг они все сговорились? — предположил Найджел.

— С какой целью?

— Понятия не имею.

— Я тоже.

— Что ж, — сказал Фокс. — Если Гарсия в ближайшее время так и не объявится, несмотря на все наши воззвания и объявления, похоже, он — тот, кто нам нужен.