– Это моя прямая обязанность – помогать вам, миледи, – сухо ответил он, стараясь придать своему голосу холодную отстранённость.

Элизабет кивнула, а затем её внимание привлекло что-то на дальней полке. Леонард воспользовался моментом и отступил на шаг, давая ей возможность сосредоточиться на поиске.

Он наблюдал за девушкой, медленно проходящей вдоль стеллажей, и чувствовал, как его сердце сжимается с каждым её шагом. Леонард ненавидел эту слабость, которая делала его таким уязвимым. Он должен был любой ценой держать свои эмоции под контролем, ведь его месть была превыше всего.

Однако, глядя на Элизабет, Леонард не мог не думать о том, что она могла бы стать той единственной, кто способен дать ему то, чего ему так не хватало в жизни – любви и принятия. Но он сразу же отбрасывал эти мысли.

Он не мог позволить себе такую роскошь. Его прошлое, полное боли и унижений, прочно удерживало его в когтистых лапах ненависти и жажды мести. И пока эти чувства не будут удовлетворены, он не посмеет опустить свою защиту.

Вздохнув, Леонард вновь устремил взгляд на Элизабет, сожалея, что не может открыть ей своего сердца. Но он знал, что это невозможно. Его путь был предопределен, и никакие чувства не могли встать на его пути.

Отвернувшись, Леонард принялся изучать другую полку, пытаясь сосредоточиться на поиске. Всё, что ему оставалось – это держать свои эмоции под контролем и не допускать, чтобы они помешали ему осуществить задуманное.

Его месть была делом всей его жизни. И он был намерен довести её до конца, даже если это будет стоить ему сердца.

Покинув библиотеку, Леонард направился в свои покои, стараясь держаться как можно более непринужденно. Однако внутри его продолжала бушевать буря эмоций – от ярости на самого себя до все более крепнущей привязанности к Элизабет.

Он раздраженно сжал кулаки, пытаясь взять чувства под контроль. Как он мог позволить себе так легкомысленно подставить свое сердце? Разве он не клялся себе никогда больше не доверять никому? Теперь эта девушка, став его слабостью, могла поставить под угрозу все его тщательно выстроенные планы.

Вернувшись в свою комнату, Леонард начал нервно расхаживать взад-вперед, пытаясь разложить мысли по полочкам. Он должен был как можно скорее избавиться от этих опасных чувств, пока они не разрушили все, к чему он так долго и упорно шел.

Внезапно Леонард остановился. На его губах появилась жестокая усмешка. Возможно, это как раз то, что ему нужно. Если Элизабет стала его слабостью, значит, ее можно использовать, чтобы держать остальных членов семьи Реджинальда под контролем.

Леонард прекрасно понимал, что Элизабет была не просто дочерью лорда, а его единственной наследницей. Ее безопасность, ее благополучие значили для Реджинальда больше всего на свете. И если Леонард сможет держать девушку под своим влиянием, ему будет легче подталкивать главу семьи к нужным решениям.

Довольный своей находчивостью, Леонард быстро направился к двери, намереваясь вернуться в библиотеку. Он должен был как можно скорее убедить Элизабет, что может стать ее надежной опорой, доверенным другом и советником. Тогда, контролируя ее, он сможет управлять и ее отцом.

Однако, открыв дверь, Леонард замер, заметив стоявшую на пороге служанку. Девушка нервно теребила фартук, беспокойно поглядывая на него.

– Что случилось? – резко спросил Леонард, подозрительно сощурившись.

– П-простите, милорд, – пролепетала служанка. – Лорд Реджинальд требует вашего немедленного присутствия в его кабинете.

Леонард нахмурился, гадая, что могло понадобиться главе семьи. Неужели он вдруг что-то заподозрил? Нет, такое было маловероятно – Леонард слишком искусно ткал свои интриги, чтобы оставить хоть малейший след.

– Хорошо, я сейчас приду, – кивнул он, жестом отпуская служанку. Оставшись один, Леонард несколько секунд задумчиво смотрел в пустоту, прежде чем направиться к кабинету Реджинальда. Видимо, придется на время отложить свои планы в отношении Элизабет. Сейчас важнее было разобраться, чего же хочет от негосемьи.

Стук в дверь заставил Реджинальда оторваться от бумаг, которыми он был занят.

– Входите, – раздался его глубокий голос.

Леонард бесшумно проскользнул в кабинет, тщательно закрыв за собой дверь. Подойдя ближе, он мягко произнес:

– Вы хотели меня видеть, милорд?

Реджинальд внимательно посмотрел на него, словно взвешивая каждое слово.

– Да, Леонард. Присаживайся.