— Давай сам.

Если честно, я уже побаивался караулящих меня у сцены любимок.

На удивление Олег не стал спорить и ушел, а оставшиеся за столом перевели взгляд на сцену.

Когда из уст Смолина прозвучала последняя номинация: «Инициатива и креативность», я неожиданно для себя напрягся. И не зря, потому что в конце его речи прозвучало имя Кэт.

— …И этот сотрудник — Соболь Екатерина Михайловна!

Застыл, не донеся до губ бокал с минералкой. Дьявол! Смолин, скотина! Ведь мог бы и предупредить.

Повернув голову, увидел, как встала не менее ошарашенная Кэт. Но уже через секунду она справилась с собой и расправив плечи, пошла в сторону сцены с высоко поднятой головой. Лишь легкая, неуверенная улыбка выдавала ее волнение. Сидящие на ее пути сотрудники вскакивали со своих мест пропуская мою Кислинку. А у меня защемило сердце, и пульс встал как вкопанный, пока я наблюдал за ней, задержав дыхание, не в силах сделать новый глоток воздуха. Как же она была красива в своем новом для меня образе греческой богини. И не я один не мог отвести от нее взгляд. Очень многие провожали ее глазами до самой сцены, пока я был вынужден тупо сидеть и скрежетать зубами от ревности. Хотелось выкрикнуть: «Всем закрыть глаза! Она моя... моя… моя!»

Дьявол!

Кэт подошла к сцене, и Круглов галантно протянул ей руку, помогая подняться по небольшим ступенькам. Старый мерзавец!

Я уже представлял, как мой кулак врежется в его жирный живот, когда меня возвратил на землю возглас матери:

— Так это же Катя!

— Точно! Я правильно понимаю, это твоя невеста, сынок? — подхватил отец, обращаясь ко мне, а сам всем корпусом подался вперед, внимательно вглядываясь в происходящее на сцене.

Твою мать! Встретился с искрящимся весельем взглядом Веры.

— Ну конечно! — Мама не унималась. — Это точно наша Катенька, да, Андрей?

— Она самая, не сомневайся, мать. — Отец посмотрел на меня и подмигнул. — Наша же?

Я пытался судорожно сообразить, как выкрутиться из ситуации. Отказываться от Кэт и бросать изнуряющую борьбу за ее доверие я не собирался, а значит, рано или поздно из фиктивной невесты она превратится в настоящую. Необходимо было придумать правдоподобную версию, оправдывающую ее отсутствие за нашим столом.

— Да, это Кэт.

— Хм… — Отец прищурился, глядя на сцену. — Она прелестна в этом образе. Я даже удивлен, что ты умудрился не прошляпить такое чудо. Мне не понятно только одно, как могла такая роскошная девушка на тебя польститься?

— Любовь зла… — прокомментировала, рассмеявшись, Вера.

— Пожалуй, я буду ее ваять, — утвердительно, вслед своим мыслям качнул головой отец. — Она будет хороша в образе танцовщицы, а возможно, и вот такой богини.

— Что? Нет, пап, у тебя совесть есть? Она моя невеста, а не натурщица.

— Ну и что? — Кох в удивлении приподнял бровь.

— Похоже, ты и правда давно не был у нас в гостях и не видел его творчество. Стиль ню сейчас доминирует в его работах.

— Сынок, давай без подробностей. — И отец покосился на мать, которая, отвернувшись, поджала губы и покачала головой, глядя на Веру, всем своим видом показывая той, что ее муж слегка не в себе.

— Заинтриговали. Всенепременно будем у вас в следующую субботу. — Кох рассмеялся.

— Так почему Кэт не с нами? — Мама все же задала так неудобный для меня вопрос.

Снова встретился глазами с Верой. Она с улыбкой ждала, как же я буду выкручиваться.

— Кэт не хочет афишировать наши отношения на работе. Мы решили не торопить события.

— Зря. Ты бы лучше поторопился, сынок. На таких девушек нужно сразу свое клеймо ставить. Ты посмотри, что творится… — И отец бросил взгляд мне за спину.

Обернувшись вслед за ним, увидел, как добрая половина собравшихся мужиков внимательно смотрела на сцену и пускала слюну.

— Ты прав, зря я пошел у нее на поводу.

— Конечно, прав. Если бы я в свое время ходил вокруг да около, разве мне бы досталась…

Но я уже не слушал. Раздражение бурлило в крови, и, вскочив с места, я направился к сцене.

Успел увидеть Круглова, слюнявым поцелуем впившегося в щеку Кэт. Затем она с грамотой в руках подошла к ступенькам, ведущим вниз со сцены, где ее уже дожидался с этой минуты уволенный Травкин.

Подойдя ближе, толкнул его плечом, оттесняя от ступеней.

— Эй, — возмутился упырь, оторвав взгляд от Кэт, — ты чё, мужик?