— Пётр Иванович, добрый день! Вы к Олегу Павловичу?

— И к нему, и к вам, Анастасия Сергеевна. — Кадровик указал на меня. — Вот, привел знакомиться. Прошу любить и жаловать, ваша замена — Вера Павловна Кольцова.

Брюнетка перевела на меня взгляд и просканировала, при этом улыбка вроде бы осталась на её лице. Тут никуда не денешься. Женщина. Я понимала, что сканирование необходимо, ведь я пришла занять её территорию.

— Здравствуйте, очень приятно. — Она протянула руку. — Я уж тут заждалась вас.

— Замена достойная, смею заверить, — вставил своё слово Пётр Иванович. — Олег Павлович у себя?

— Нет, он уехал до конца дня. Будет только завтра. — Брюнетка пожала плечами, развернулась, подошла к столу и проверила время на смартфоне.

— Если необходимо, можем позвонить ему сейчас, встреча у него начнётся только через полчаса.

— Думаю, в этом нет необходимости, познакомится и переговорит с Верой Павловной завтра. А ваши какие планы по передаче дел, Анастасия Сергеевна? Когда думаете начать? Сегодня или завтра?

Стоп. Это что за безобразие? Дайте отдышаться, я ещё не готова.

Но, славу богу, брюнетка тоже, видимо, форс-мажор не любила, поэтому сказала:

— Думаю, стоит начать завтра, сегодня я наметила себе несколько дел, которые необходимо закончить. Тем более, Вере Павловне надо перевести дух, я прекрасно знаю, что творится в ваших застенках. — Она мило улыбнулась Коршунову, и я почти её полюбила.

— Хорошо, хорошо. — Он примирительно поднял руки. — Тогда завтра ко скольки?

Брюнетка задумалась на секунду.

— Рабочий день у нас с восьми, но приходите в полдевятого.

— Хорошо. — Я кивнула.

— Ну пойдемте, Вера Павловна, не будем мешать.

Мы попрощались, и кадровик проводил меня к лифтам.

— Приятно было познакомиться. — Петр Иванович протянул руку. — Надеюсь, всё у вас сложится на новом месте.

— Я тоже очень на это надеюсь, — в свою очередь совершенно искренне согласилась с ним я, прощаясь. — Огромное спасибо и до свидания.

Краем глаза увидела, как он набрал на калькуляторе лифта 01 и нажал кнопку со стрелкой вниз. Теперь ясно, как это работает.

— Ещё раз до свидания. — Он тепло улыбнулся и ушёл.

На улице я быстро вызвала такси, упала на задание сиденье и только тут позволила себе расслабиться. Включила мобильный. Два часа дня! Три пропущенных от мамы. Меня колотило, мне было плохо, я умирала. Такого дикого стресса я не испытывала никогда в жизни. То ли ещё будет, прошептало подсознание.

Утром открыла глаза, и в голове резко всплыли воспоминания вчерашнего дня. Это был страшный сон — единственная связная мысль. Но прошло несколько минут, будильник зазвонил повторно, и я поняла, что ничего подобного. Это моя новая реальность. Я помощник Смолина Олега Павловича. Не-ет…

Вчера, добравшись до дома, я просто рухнула в мамины объятья и проистерила полчаса. Я всхлипывала и подвывала, пока мама потихоньку пыталась выудить из меня, что же произошло. В итоге с помощью валерьянки и рюмки маминого любимого ликера, а возможно, и не одной, точно не помню, мне удалось взять себя в руки и вкратце рассказать маме, как прошло собеседование. Конечно, она пришла в восторг, чего и следовало ожидать. Тут же позвонила дяде Боре и, рассыпаясь в благодарностях, позвала его на ужин. В итоге вместо того, чтобы весь вечер жалеть себя и рыдать в подушку, я была вынуждена слушать лекции о выдержке, самодисциплине и чувстве ответственности. А ответственность возложили на меня немалую: не подвести дядю Борю и не упасть в грязь лицом.

Самое интересное, что, по всей видимости, посчитав моё состояние невменяемым, дядя Боря остался у нас на ночь. Можно подумать, что, когда я вменяемая, я им не разрешаю. Голубки, тьфу.

Я встала, умылась, оделась так же, как и вчера, за исключением обуви, выбрав туфли с более высоким каблуком. В сумочке к перцовому баллончику добавилась валерьянка. Сегодня мне уже на метро и надо выйти пораньше. Поэтому, когда мама попыталась накормить меня завтраком, я отказалась, не успев бросить в желудок ничего, кроме трех таблеток валерьянки.

Спустя сорок пять минут мой главный стеклянный кошмар встал у меня перед глазами. Лифт вызывать не пришлось, народу была тьма, стояла очередь. Уехала только на третьем. Это надо учесть и выходить из дома на десять минут раньше.

В приёмную Смолина вошла в восемь тридцать пять. Анастасия Сергеевна уже на месте, сидела за своим-моим столом.

— Доброе утро, Вера Павловна. — И демонстративно посмотрела на часы.

— Доброе утро. — Я виновато улыбнулась. — Не рассчитывала на задержку около лифта.