Шрифт:
— Крейгар или Фентор? — пожелала знать Коти.
— Ну и откуда ты… Фентор. Ты слишком хорошо меня знаешь.
— О да, это опасно. Тебе следует жениться на мне.
— Наверное, так я и поступлю.
«Мы, джареги, способны усилием воли вызывать рвоту.»
— Так что он сказал?
Я дал ей краткий ответ.
— Значит, Дом Тсалмота? — спросила она. — Или Дворец, крыло Тсалмота?
— Или подождем, пока Фентор узнает чуть больше.
— Хорошая мысль, — согласилась она. — Я знаю, как ты любишь ждать.
— Примерно как и ты.
— Да, не тем мы занимаемся.
— Я должен был послушаться отца и стать полноценным колдуном.
О моем отце она знала достаточно, чтобы фыркнуть.
— Итак? — спросила она.
— Думаю, пора нам встретиться с ее высочеством.
— Что ж, ладно. Войти в дом Левой Руки оказалось не таким уж плохим ходом.
— Да, и сглаз удалось не заработать.
— А есть ли разница между сглазом и проклятьем?
— Проклятья действуют по — настоящему.
— Хм. А ты можешь наложить такое на нашего противника? Ну, когда мы будем знать, кто он.
— Вообще да. Но работы для такого потребуется немало. Куда проще будет воткнуть в него что — нибудь острое и попрощаться.
— Значит, так и сделаем.
«А потом его съедим?»
«Это вряд ли, Лойош.»
Затем:
«Крейгар. Найди, где живет принцесса Червик.»
«Наследница тсалмотов, Влад? А зачем? Будешь приглашать ее на свадьбу?»
«Что — то вроде того.»
«Я с тобой свяжусь.»
— Пошли перекусим, — сказала Коти до того, как я предложил то же самое.
И мы двинулись — прогулочным шагом, — пока не нашли лоточника, который торговал мясными пирожками размером с ладонь, и мы ели, обжигая пальцы и языки, и наслаждались. Мы все еще ели, когда Крейгар связался со мной. Самое лучшее в псионическом общении — можно спокойно жевать и глотать, одновременно разговаривая и слушая, так что мне ничто не мешало расправляться с пирожками. Крейгар сообщил, что ее высочество живет в Доме Тсалмота (а не в одном из своих поместий и не в крыле Тсалмота; можно запутаться, да?). Я передал это Коти, после чего мы начали обсуждать, как бы убедить ее дать аудиенцию паре выходцев с Востока из Дома Джарега. Дом Тсалмот сейчас расположен достаточно низко в Цикле, так что это не так сложно, как было бы несколько тысяч лет назад.
Мы добрались до Дома Тсалмота, длинного здания, которое сзади было куда шире, чем спереди, и слегка напоминало стрелу, указывающую на крыло Тсалмота во Дворце. Главный вход там был несколько меньше, чем у большинства Великих Домов, иными словами, моя квартира в дверной проем, пожалуй, не прошла бы. Выгравированный над входом тсалмот, серебряный на темно — сером, выглядел почти настоящим: волосатая оскалившаяся тварь, которая стояла на задних ногах, раскинув массивные лапы, дабы разорвать дерзкого противника, и бивни ее казались такими же острыми, как клыки дзура. А может быть, тсалмот никого не собирался рвать на части, просто хотел обнять. Не знаю, по мне, объятия его будут не менее опасны, не то чтобы у меня было желание проверять такое на деле.
— Вперед, — сказал я, и мы вошли с таким видом, словно так и надо.
Глава 10. ЦЕРЕМОНИЯ СОБРАНИЯ
В какой — то момент нужно собрать всех вместе, чтобы все спланировать, правильно? Ну, если вы не из Дома наподобие Атиры или Ястреба, которые все общение проводят псионически. Наверное, собственно брачная церемония у них происходит все же в реальном мире, но могу и ошибаться. В Доме Джарега есть традиция проводить собрание в течение трех дней: решать, кто составляет планы, составить планы и изменить планы. Конечно, это касается именно Дома Джарега, а вовсе не Организации, что составляет его сердцевину; все известные мне члены Организации тут ведут себя примерно как выходцы с Востока, то есть выбирают время, когда жених, невеста и все нужные для свадебного пира персоны могут собраться вместе, выставляют на стол выпивку и, возможно, закуску, и за этим столом разбираются, как оно будет. Наше собрание проходило в библиотеке Черного замка, и Морролан с Алиерой поспорили, в какой момент церемонии новобрачные или будущие новобрачные (это Коти и я, если вы следите за сюжетом) должны сцепить ладони. Спор вышел жаркий, с изрядным количеством личных замечаний. Мы с Коти отдыхали душой.
У распахнутых дверей застыла пара стражников в красном и серебряном.
Нас они не пытались остановить, даже как бы не заметили нашего появления, но при этом неким образом ухитрялись изображать бдительность, не двигаясь с места и даже не меняя лиц. Красивый фокус. Наверное, этому обучают в школе стражников.
По ту сторону дверей обнаружился зал — совершенно ненужный. Нет, ну серьезно: большое такое помещение, даже громадное, наверху несколько длинных узких стеклянных окон, и более ровным счетом ничего — ни стульев, ни подушек, и единственный выход строго напротив. Ну, если только там были секретные проходы в стенах. Ах да, и еще на стенах галерея картин, вернее, портретов, полагаю, неких важных тсалмотов. У Морролана художественный вкус куда как лучше.
— Дурацкий зал, — заметила Коти.
Понимаете, почему я ее люблю?
Мы пересекли это большое, бессмысленное, пустое место и оказались в помещении поменьше, с несколькими дверями, ведущими в разных направлениях — наверное, все — таки решили, что чем меньше комната, тем больше от нее должно быть пользы, не знаю. В общем, там обнаружлся тип официального вида, стоял у дверей, и мы назвали свои имена и спросили, можем ли мы повидать ее высочество по деловым вопросом.
Выглядел этот тип достаточно молодым, хотя кто знает, как оно у тсалмотов. Просьба наша его удивила, он начал было что — то спрашивать, остановился и проговорил: