Я хочу знать — почему он? И если там будет какой — то намек на это, он мне нужен.

— Ладно, — счастливым он не выглядел.

Коти, которая все это время молчала, поймала мой взгляд и одними губами изобразила: «еда». Я поднялся и вышел вслед за Крейгаром.

Какое — то время мы прогуливались под руку, в южном направлении — просто так вышло, — а потом мой желудок заурчал достаточно громко, чтобы Коти это услышала и согласилась. Мы остановились в первом же заведении, из которого доносились приятные ароматы — уж не помню, как оно называлось, какое — то животное что — то там, — и заказали вино и рагу из кетны с шалотом.

Рагу оказалось съедобным. Заведение это предназначалось скорее для вельмож, чем для текл, — то есть текл тут вообще не было. Нас, возможно, выкинули бы оттуда как выходцев с Востока, но цвета джарегов и открыто носимое оружие иногда все — таки помогают. Конечно, нам достались Взгляд, а может, даже пара, но лично я это проигнорировал. Я почувствовал, как Коти на миг напряглась, а потом пожатием плеч стряхнула все это.

— Итак, дорогой мой будущий супруг.

— Хмм?

— Что вообще это было такое?

— Что?

— Тот вопрос, который ты задал ее высочеству. И не делай такой самодовольный вид. Ну ладно, сделай самодовольный вид, ты такой милый становишься. Только ответь, черт возьми.

— Мы идем по следам деловой операции — Левая Рука работает с какой — то мистическо — магической, ну, штуковиной, причем как — то все это связано с Домом Тсалмот. Почему? Зачем им понадобились тсалмоты? Они сейчас в самом низу Цикла. Власти у них нет. Так что либо они все это затеяли, либо у них есть то, что нужно Левой Руке. Раз в деле слезы Вирры, как — то замешана некромантия.

— И ты вот просто так предположил, что под чьим — то владением протекают Темные воды?

— Я не слишком разбираюсь в некромантии, но знаю, что она связана с двумя вещами.

— Трупы, и?

— С тремя вещами, значит. Хотя нет. С двумя вещами, редкими и ценными сугубо для некромантов.

— Слезы Вирры и Темные воды.

— Точно. И она никак не могла заполучить склад слез Вирры. То есть никак, если у нее также не было доступа к Темным водам. Вот я и рискнул.

— А если бы ты получил непонимающий взгляд?

— Тогда это значило бы, что она все дело и начала, разработала схему.

Это значило бы, что она за всем и стоит, и именно она использует Левую Руку, а не наоборот.

Коти чуть помолчала, затем уточнила:

— Влад, это противозаконно?

— Которая часть схемы?

— Ну, любая.

— Не думаю, что закон запрещает владеть слезами Вирры или Темными водами.

— А остальное в этом деле?

— Ты же слышала Морролана. Если они не поднимают мертвых и не открывают демонам путь в наш мир, полагаю, все нормально. Впрочем, есть момент: они получают золото из иного мира. Думаю, получается своего рода контрабанда.

— Ха. Да, пожалуй.

— И что тебя насторожило?

— Почему там были гвардейцы Феникса?

— И то верно. Это может значить, что они вынюхивают наших друзей из Левой Руки.

— Или будут вынюхивать, — кивнула Коти.

— Это может повлиять на весь розыгрыш.

— А еще — как они вообще к этому подобрались?

— Ну да. Вопросы, вопросы.

— И еще один хочу задать тебе, любимый.

— Какой?

— Много ли ты знаешь о том, что используется для некромантии?

— Совсем немного, — признался я.

— То есть вполне возможно, что причина, по которой они связались с тсалмотами, могла быть совершенно иная, не Темные воды?

— В общем, да.

— То есть тебе повезло.

— Ну, и в этом тоже.

— А в чем еще?

— Рагу вполне приличное, правда? Надо чаще включать в рецепты шалот.

На губах ее вновь проявилась та самая улыбка, и я растаял бы, не будь я таким крутым парнем. Такое случается часто. Хорошо, что я такой крутой парень. Видите, я все время повторяю, что я крутой парень, а то вдруг забудете.

— Итак, — проговорила она, скушав немного рагу и элегантно пригубив вино, — теперь, когда блистательный пример твоих дедуктивных талантов изобличил, что собственность Наследницы тсалмотов эксплуатируется Левой Рукой, а имперское следствие, вероятно, посвящено именно этому факту, каким будет наш следующий шаг?

— Некоторые слова я даже понял. Так, просто уточняю.

— Те, которые касаются следующего нашего шага?

— Ага, именно.

— Итак?

— В конце концов мы дойдем до точки, где можно будет кого — то убить.