– Дело не просто в шутке, а в её контексте, что ли… Рома красивый, ухоженный, накаченный. Вокруг него постоянно вьются девушки. А сегодняшняя шутка, она… забей, короче, - отмахнулась я.

Нервно смяла салфетку и, обойдя стол, закинула её в мусорное ведро.

– Ты его приревновала, - заключил Матвей подобно старой мудрой черепахе.

– Нет. Просто он меня выбесил.

– Так это и есть ревность. Наверное, - задумался он, глянув в потолок. – Меня вот никто не ревнует, так что точно не знаю.

– Даже Пирсюха? – сорвалось с моих губ, по которым тут же захотелось шлепнуть мухобойкой.

– С Пирсюхой у нас… особые отношения, - как-то уж очень обтекаемо ответил мужчина.

– Так можно мне остаться у тебя или нет?

– А твой качок мне потом не навтыкает в бороду?

– Нет. У него не получится.

– Почему?

– Он хоть и качок, но меньше тебя – медведя. Да и мышцы его больше для красоты, а вот твои, - посмотрела я на его бицепсы, почти не прикрытые рукавами футболки. – Видно, что они тебе часто нужны на практике.

– Ну, и покрасоваться тоже, - деланно поднял он руку, пройдясь пятерней по своей голове. Бицепс его при этом значительно увеличился в объёме.

– Не-а, - поморщилась я с нарочитым отвращением. – Точно не для покрасоваться.

– Я ведь и на дедово крыльцо могу уйти плакать после такого.

Глава 12

– Они точно должны куда-то прийти? В чем смысл фильма? Они же просто бродят, - спросила я негодующе, глядя на собрание гномов, хоббитов и прочей нечисти на экране.

Картинка красивая, но я так заскучала и ушла в свои мысли, что абсолютно потеряла нить сюжета, которого, похоже, тут особо и не было.

– Матвей? – повернулась в сторону мужчины и поняла, что он уже давно и крепко спит.

Даже пиццу толком не поел, только пообкусал кусок, но зато выпил весь чай в своей кружке.

Пришлось аккуратно забрать с его живота блюдце с недоеденной пиццей и вместе с ним пульт, которым я убавила громкость телевизора, но выключать не стала. Мало ли…

Тихо унесла в кухню посуду, помыла её и вернулась в гостиную, чтобы укрыть Матвея пледом. Какой-то он сегодня не такой. По крайней мере, не такой, каким был вчера вечером и в свои футбольные выходные. Неужели работа настолько его утомляет? Почти не разговаривал, а за просмотром фильма даже не пытался шутить.

Видимо, он таким образом хотел дать мне понять, что я слишком навязчива. Пожалуй, сегодня моя последняя ночёвка в его доме. Не стоит взрослого мужчину, у которого полно своих проблем и забот и без меня, превращать в подружку для совместных ночевок. Я и так злоупотребила его добротой и гостеприимством, подкинув ему Ириску, которая спала у него прямо сейчас на плече, вытянув лапки в сторону бороды.

Поднялась в комнату, которая, теперь я знала, принадлежала Матвею и завалилась в постель, укрыв себя одеялом с головой.

Руки так и чесались от желания залезть в рюкзак, выудить из него телефон и проверить, написал ли мне что-нибудь Рома.

Обойдётся. Не хочу знать, на какие ещё каламбуры он сподобился. Или хочу?

Мазохистка чертова! – ругала я себя, доставая из рюкзака телефон, на котором было только два входящих смс, но зато оба от Ромы:

«Остыла?»– примерно два часа назад.

И совсем недавно: «Успокоишься, позвони».

Поздравляю, Рита, тебя официально признали истеричкой. Успех? Да пошёл он в задницу!

Рассерженно швырнула телефон обратно в рюкзак, закрыла молнию и нырнула обратно под одеяло, желая уснуть так крепко, чтобы, даже проснувшись, не помнить об этом шутнике.

До чего же бесит! Сна ни в одном глазу, а в голове мысли только о том, как выцарапать кое-кому глаза. Не все – парочку всего.

Перекатилась с бока на бок и снова зажмурилась. Обняла подушку и внезапно вспомнила про Матвея, который вторую ночь подряд вместо нормальной подушки пользуется диванной, которая только Ириске будет в самый раз.

Взяла две из четырех имеющихся подушек и тихо спустилась с ними вниз.

Матвей всё так же спал на диване. Только ноги под себя подогнул, плотнее укутался в плед и Ириску на шею переложил.

Словно почувствовав моё приближение, кошка очень громко и активно замурлыкала. Маленькими лапками начали наминать бороду Матвея, который лениво высунул руку из-под пледа и потрепал Ириску за ухом.

– Вибратор ты шерстяной, - прохрипел он тихо, отчего я невольно улыбнулась и закатила глаза.